– Несколько часов. Воданам ещё часа четыре до побережья и ещё три-четыре сюда. Догнать пешком они нас не смогут.

– Это и не нужно. Как только Адмирал поймёт, куда мы идём, на равнину опустятся десантные челноки, которые перебросят три тысячи бойцов в любое место, удобное для боя.

– Может, атаковать «Гнев разрушителя»? – предложил Кот, он был на командирском канале и прекрасно всё слышал. – Он единственный сейчас в зоне досягаемости. Если уничтожим челноки прямо в ангарах, то и перебросить не смогут.

– За потерю корабля имперцы просто нанесут удар по нам, – возразил Шест. – Пока фон Вален уверен, что нас можно захватить, он не применит тяжёлого вооружения. И мы пока этого делать не будем.

– Согласен с Артёмом, – произнёс Мечислав. – План прежний. Даже имея преимущество в численности, они уступают нам по качеству вооружения и снаряжения. Если будут заслоны, собьём тяжёлым вооружением. А против имперских штурмовиков у нас есть десяток ПЗРК, наследство Падших, хоть и бьют всего на десять километров, но так мы сможем отбить первую волну, остальное сделают зенитки.

– Транспортники загружены, – доложил Кот.

– Отправляй немедленно, – приказал Молот. Он повернулся к Пареку, командиру «фольксштурма», – уходите, вас здесь перебьют, теперь удержание ковчега теряет смысл.

Тот отрицательно покачал головой:

– Это наш мир, и мы будем драться за него. Кроме того, мы дадим вам пару часов, чтобы вы могли уйти. Удачи тебе, майор!

– Удачи тебе, капитан, – и, пожав Пареку руку и сунув ноутбук с Евой в карман, Мечислав вышел.

Командир «фолькштурма» был одним из немногих офицеров, кто решил остаться.

– И вам удачи, майор, пусть в том мире у вас всё получится.

Молот не обернулся: эта часть истории осталась позади. Он знал, что оставшиеся люди обречены. Он уважал их выбор: они выбрали умереть в борьбе. Он выбрал в борьбе жить.

Через несколько минут он вышел на плац. Суетились люди, заканчивалась погрузка, автомобили вибрировали моторами, «фольксштурм» занимал оставленные капониры, готовясь к своему последнему бою. Прикурив, Молот спокойно смотрел за суетой. Хоть это и бегство, но оно хорошо организовано, а не драп-марш, как называли паническое отступление летом сорок первого года.

– Мы готовы, – подойдя, доложил Кот.

Лавируя среди грузовиков, к Мечиславу подъехал командно-штабной БТР, одно из немногих наследий Падших, переживших гражданскую войну. Он мало походил на классический бронетранспортёр в представлении землянина: восьмиосный грузовик, полностью бронированный, восьмигранной формы, с башней плазмострела и автоматическим сороказарядным миномётом и двумя комплексами ЗРК. Салон рассчитан человек на пять, но поскольку земляне обладали уникальной технологией, большинство местного оборудования отправилось в переработку, а его место заняла Ева.