— Да. Он хотел увидеть гибель всех живших вокруг. Лишь тогда он покорится и позволит вратам распахнуться настежь! И тогда…

— И тогда демонов хватит на всю Минею, — закончил Франош.

— Тогда поспешим на встречу с высшим демоном, — решил Годэндаг.

— Мелтаганы? — спросил Фастлиннер.

— Что будет с людьми? — заговорил Ортруд.

— Быстрая смерть лучше того, что задумали демоны, — сказала одна из женщин.

— Цепные мечи, — Годэндаг был непреклонен. — Тельрамунд. Осталось меньше сотни этажей. Вперёд!

С плеском крови рыцари поднимались по лестницам башни. Кровь липла к шипам сапог, и им приходилось тратить время, чтобы её стряхнуть.

Воины шли через пустые коридоры, заглядывали в пустые комнаты, где когда-то жили люди, и видели признаки борьбы — перевёрнутые кресла, сломанные столы, даже разбросанную в лужах крови еду — но ни следа, ни живых, ни тел мёртвых.

— Их унесли, — сказал Франош, — развлечься или про запас.

Они миновали девятьсот десятый этаж, затем девятьсот двадцатый.

— Что это? — спросил Ортруд. Звук раздался вновь — вопль столь многих полных страдания голосов.

— Доносится из шахты лифта, — сказал Годэндаг.

На каждом этаже постоянными были лишь чёрные металлические стены шахт, стены и бесконечный поток крови. Все двери прогнулись и были сплавлены. Металл шахты вновь словно загудел неземной музыкой.

— Как трубный зов из самого варпа, — мрачно заметил Ортруд.

— Это тела тех, кто бежал, — заговорил Франош. — Они всё ещё живы и заточены в шахтах. Сварены в крови и обглоданы змиями.

Они взбирались всё выше. На девятьсот двадцать седьмом этаже комнаты наполняли ступни людей. На девятьсот двадцать девятом блестящие сердца лежали на полу и всё ещё бились, перекачивая кровь из лужи в лужу, из комнаты в комнату.

— Это мерзко даже по меркам Слаанеш, — сказал Фастлиннер. Годэндаг молчал.

Они продолжали путь.