— Думаю, тебе сейчас пригодится колун, — раздался из-за спины голос Дитера.

Джон с сомнением принял новое орудие в руки. Проверив острие, он заметил, что лезвие было тупое и сплошь покрытое выбоинами. Криво усмехнувшись, парень произнес:

— Быть может, он мне и пригодится, но завершение работы будет очень нескоро.

— Тут есть одна хитрость, — возразил Дитер, — Дай, покажу!

Джон опустил череп на землю и вытащил лом из глазницы. Затем он сделал приглашающий жест, а сам отступил на пару шагов назад.

Фон Росбах поднял колун над головой, мышцы его напряглись. Внезапно он быстро опустил лезвие на поверхность черепа, однако так легко, что Джон услышал лишь приглушенный лязг. Агент повторял подобные действия еще и еще, до тех пор, пока, наконец, не замахнулся со всей силы, и одним-единственным мощнейшим ударом не расколол металл так, будто тот представлял собой тонкую фольгу. Повторив подобные действия в абсолютной точности еще раз, он рассек череп в перпендикулярном направлении. Белые зубы, словно осколки кости, рассеялись по окружности.

Следующим совместным усилием они окончательно раскололи вместилище компьютерного разума на несколько частей. Джон схватил одну из половинок черепа и принялся тщательно собирать все пластиковые детали, рассеянные на расстоянии нескольких метров. Затем он подошел, насколько мог, к горящему дому и швырнул туда все свой находки.

Дитер осмотрелся: от Терминатора практически ничего не осталось, за исключением нескольких пятен крови. «Бактерии, насекомые и муссоны закончат это дело за нас», — решил он, почувствовав кратковременный приступ тошноты.

— Нормальная человеческая реакция, — раздался голос Сары из-за спины.

Дитер обернулся и взглянул на женщину. Приборы ночного видения были, наконец, сняты, и он увидел живой блеск ее прекрасных глаз.

— Я-я, — на немецкий манер ответил он. — Сейчас мне было бы гораздо приятнее ощутить в своих объятьях близкого по духу человека. — С этими словами фон Росбах улыбнулся, повернулся к женщине лицом и широко раскинул руки.

Сара недоверчиво вскинула взгляд, мгновенно представив себя в объятьях той самой плоти, которую они только что разделали на мелкие части, однако затем заметила наполненные братской любовью глаза Дитера и улыбнулась.

— Ну конечно, — ответила Сара и нежно прижалась к агенту. — Мы, Конноры, приносим окружающим очень большие неприятности. Но без этого вся жизнь на земле превратилась бы в ничто.

Сара обхватила Дитера руками и прижалась щекой к его широкой груди. Когда Джон был маленьким, она любила ласково постукивать его по спине— то же самое она сделала и с агентом. Дитер положил подбородок поверх ее волос, и женщина скорее почувствовала, чем услышала, как он вздохнул.