– Дяденька, это я нарисовала? – срывающимся голосом спросила Лина. Она уже без команды перестала махать волшебной палочкой. Я посмотрел на картину. Хм… Нормально получилось. На гардине было то самое море со скалой, которое мне вспоминалось вчера. Фотки у меня не было, но Умник сгенерировал картинку по моим воспоминаниям. Получилось очень похоже. Только море было не бушующее, а (по моему совету) слегка волнующееся. Ярко светит солнце. На небе легкие облака. Над скалой только что взлетела ввысь фигурка девочки, и эта девочка – Лина. А вверх ее несут большие белые крылья, словно она – маленький ангел. На лице – восторг полета. Легкий ветерок из открытого окна чуть шевелит гардину. Волны словно двигаются, мягко набегая на берег. Крылья девочки тоже шевелятся, как будто делают небольшие взмахи. Да и сама малышка в такт крыльям чуть-чуть поднимается то вверх, то вниз, словно действительно летит. Полный эффект реальности. Я на такое даже не рассчитывал, но оно только к лучшему. Кстати, Умник добавил в краски чуть-чуть фосфора. От этого барашки на волнах, крылья и сама фигурка девочки слегка светились в полутьме. В комнате стояла тишина. Их’Гренадиры и Криса ошеломленно смотрели на картину.

– Конечно ты, Лина. Нравится?

Она кивнула.

– Ну что, будем лечится? Не боишься доброго фокусника?

– Нет, не боюсь.

– Только тебе придется немного поспать, хорошо?

– Но я не хочу! – возмутилась девочка, не отрывая взора от картины.

– Точно не хочешь? – спросил я, внимательно глядя на нее.

Лина зевнула.

– Ладно, посплю. А рисунок никуда не денется?

– Нет, ты ведь его сама нарисовала, пусть и с помощью волшебной палочки. Правда, теперь это снова обычный карандаш, но ты ведь уже знаешь, что иногда он может превращаться в волшебную палочку. Надо только очень хорошо стараться. И однажды ты нарисуешь что-то такое красивое, что люди будут надолго замирать перед твоими картинами и придут посмотреть на них снова. И вовсе не обязательно, чтобы из карандаша шли искорки или чтобы краски так же блестели. Главное – это то, о чем ты хочешь рассказать, то, что ты хочешь выразить игрой цвета и света… – Последние слова я говорил уже по инерции. Лина, прислонившись ко мне, сладко посапывала. И я отключил свою «усыплялку».

– Ну что, продолжим? – нарушил я тишину. Все сразу задвигались, заговорили. В комнату без стука вошел главный маг-охранник и вылупился на картину. Я вздохнул: все равно мое лечение нестандартное и обязательно привлечет внимание. Ну и пусть будет больше странностей. Тем более что картины я рисовал и раньше. Васа и архимаг об этом отлично знают.