Снизу из коллектора донеслись жуткие, леденящие кровь вопли. Голос Олега был неузнаваем, казалось, он орет от неподдельного ужаса, потеряв над собой контроль. Инга испуганно отшатнулась, мертвенно побледнела.

— СЛЫШИТЕ, КАК ОН КРИЧИТ?! СКОЛЬКО АРТИСТИЗМА! ДА ОН НАСТОЯЩИЙ АКТеР!!!

Вопли Олега затихли. Воронцов тоже.

Ирина зачарованно смотрела на огонь, нервно сжимая в руках трубку телефона. Молчал Сережа, мгновенно растерявший свой задор. Молчала Инга, со страхом всматриваясь в непроницаемую темноту коллектора. Катя, тоже не говоря ни слова, подошла к ней, хотела было успокаивающе приобнять ее, но та вдруг злобно дернула плечом, сбрасывая руку.

— Не трогай меня!

— Инга, ты что?

— Ничего… не знаю… ничего… не трогай меня просто, и все!

— Ладно, ладно. Не буду. Психованная какая-то…

«Так, — Алекс отстраненно слушал их перепалку. — Мы начинаем видеть друг в друге врагов…»

Через час недосчитались Инги, Алекс как-то упустил ее из виду — и вот она пропала. Похоже, девчонка решила действовать одна. Что ж, удачи ей. Понятно теперь, кто будет второй и третьей жертвой. Если, конечно, подозрения Кати не выльются в уверенность.

Теперь их осталось всего четверо. Костер постепенно гас, чернильная тьма отвоевывала сантиметр за сантиметром, но на это никто не обращал внимания. Или обращали, но, как и Алекс, не хотели высовываться. Бог с ними. Подождем до четырех.

Алекс привалился спиной к обшарпанной стойке башни связи и сделал вид, что заснул. Хорошему профессионалу с избытком хватило бы его спокойствия для правильных выводов, но Сережа, Ирина и Катя таковыми явно не были. А сон в подобной ситуации могут принять за что угодно: за глупость, за инфантильность, или — не мудрствуя лукаво — просто за усталость.

Сережа что-то сказал девушкам, указав на костер. Ирина согласно кивнула. Парень встал, устало побрел в темноту, долго хрустел там ветками, с проклятиями рвал целые пучки травы. Минут пять прошло, когда он наконец вернулся.

Костер снова разгорелся. Лица гладиаторов показались из темноты. Видно было, как Катя пристально вглядывалась теперь уже в Сережу, тот смутился, покраснел, веснушки проступили сквозь наложенный утром грим так, что и в темноте нельзя не увидеть. Ирина же не смотрела ни на кого — все так же сидела, уткнувшись взглядом в бесконечную пляску огня.

Внезапно проснулся динамик. Гладиаторы даже вздрогнули. В первую секунду техник, видимо, дал слишком большую мощность — над всей территорией разнесся нестерпимый, режущий уши свист. Ирина обхватила голову руками, остальные болезненно морщились.