Вдали маячило в тумане ярко освещенное здание.

Призрак кивнул, показывая на светлое пятно:

— Крепость Гастинг. Дом Элариэль нынче ночью устроит там шум и гам.

Штурма крепости Гастинг они ждали давно — за последнюю неделю она подверглась нескольким налетам со стороны разных Великих Домов. Союзники Дома Гастинг разбежались, он обанкротился, и его окончательное падение было вопросом времени.

Странным казалось только, что никто не совершал нападений в дневное время. Война Домов проходила за завесой тайны, как будто аристократы, признавая власть Вседержителя, не желали огорчать его военными действиями при солнечном свете. Все разворачивалось ночами, под покровом тумана.

— Типа как хочется того, — пробормотал Призрак.

Вин помолчала.

— Призрак… Ты не мог бы постараться говорить, как все?

Призрак указал на темные шпили вдалеке:

— Вседержитель. Похоже, он хочет, чтобы они дрались.

Вин кивнула.

«Кельсер был прав. И братство помалкивает насчет войны, и из дворца ни звука, и гарнизон не спешит возвращаться в Лютадель. Вседержитель ожидал войны и теперь намерен допустить, чтобы она шла своим чередом. Так оставляют в покое пожар на полях, выжигающий все старое и обновляющий землю».

Только на этот раз, когда погаснет одно пламя, вспыхнет другое — нападение Кельсера на столицу.

«Если, конечно, Маршу удастся узнать, как остановить Стальных инквизиторов. И если мы сможем захватить дворец. И конечно, если Кельсер найдет способ справиться с Вседержителем».

Вин покачала головой. Ей не хотелось плохо думать о Кельсере, но она просто не представляла, как такое возможно. Да, гарнизон еще не вернулся, но поговаривали, что он уже близко, солдаты придут через пару недель. Да, некоторые из знатных Домов рушились, но это и отдаленно не напоминало полный хаос, в котором нуждался Кельсер. Последняя империя потрескивала, но Вин сомневалась, что она вот-вот лопнет и развалится.

А возможно, не в этом дело? Их команда проделала потрясающую работу по разжиганию междоусобной войны. Три Великих Дома уже пало, остальные были серьезно ослаблены. Теперь аристократам понадобятся десятилетия, чтобы прийти в себя после всех этих событий.

«Мы натворили поразительных дел, — решила Вин. — И даже если мы не нападем на дворец или наша атака провалится, все равно нам удалось нечто исключительное».

Они оставят будущим мятежникам огромное количество полезных сведений, добытых Маршем в братстве, у них будет дневник Вседержителя в переводе Сэйзеда. Конечно, это еще не окончательное крушение Последней империи, на которое рассчитывал Кельсер. Однако это серьезная победа — и скаа долгие годы будут видеть в ней источник вдохновения.