- Я понимаю, я не одна к вам с такой проблемой... Но каждой матери хочется, чтобы её ребёнок был в порядке. А мой сын... Вы знаете, я поначалу даже радовалась, глядя, как у него растёт успеваемость в школе. Он даже стал интересоваться программой старших классов! А потом... Сначала он стал по полдня просиживать за компьютером. Сначала ту игру, что я ему купила, до дыр заездил, потом стал меняться с одноклассниками, которые тоже в это играют. Ну, хорошо: игра в самом деле отлично сделана, в моё время о таком и не мечтали. Можно и заиграться. Но потом он стал таким злым... И замкнутым. Поссорился с одним другом, потом с другим. Сейчас у него реальных друзей вовсе не осталось - всех разогнал. А был такой общительный, добрый мальчик. Теперь же он общается только с такими же как он, "реолнутыми". И в основном. Ну, поначалу я думала - бывает. Парню тринадцать, трудный возраст. Но он... он стал кричать и на меня, едва я предложу ему заняться чем-то помимо этих его компьютерных игр! Запрётся в своей комнате и гоняет железяку свою! И никого видеть не хочет ... Я уже думала выбросить к чёрту этот компьютер, так ведь он же тогда, наверное, совсем с ума сойдёт...

Посетительница снова всхлипнула. В следующий стакан воды психолог капнула несколько капелек валерьянки, подумав, что скоро ей придётся завести в кабинете уже целую аптечку.

- Не сочтите мой вопрос бестактным, - сказала она. - Вы одна воспитываете сына?

- Десять лет в разводе, - подтвердила посетительница, выпив воду и вытерев покрасневшие глаза платочком.

- Второй раз замужем не были?

- Нет. Я... У меня собственная фирма. Работаю с семи утра до восьми вечера, чтобы Лёшка ни в чём не нуждался. А он... На работе десятью мужиками командую, а дома с родным сыном справиться не могу...

- В этом и есть ваша ошибка, - проговорила психолог. - С ребёнком не стоит "справляться". Вы же пытаетесь навязать ему своё видение мира. Пока ребёнок мал, это срабатывает. Но приходит тот самый "трудный возраст", когда подросток осознаёт себя самостоятельной личностью, наделённой не только обязанностями, но и правами.

- В тринадцать лет?

- По-вашему, тринадцатилетний подросток не может иметь собственное мнение? Это как раз тот возраст, когда человек уже выстраивает свою систему ценностей. "Что такое хорошо, и что такое плохо". Здесь была бы очень важна ваша помощь. К сожалению, вы предпочли передать эту функцию компьютеру. Но ещё не поздно.

- Что я должна сделать? - в глазах посетительницы загорелась надежда.

Психолог всё прекрасно видела. Мать-одиночка. Не раскисшая, согнутая обстоятельствами, а сильная женщина. Видимо, неплохо зарабатывает, хотя, отдаёт работе почти всё время, делая это ради сына. Но за добычей денег забывшая о самом сыне. Точнее, о том, что он вырос из детских штанишек. И о том, что время относительно безопасных для психики игрушек ушло. Компьютер... Чудо современной техники, позволяющее строить целые миры. Неудивительно, что уставшие от патологического невнимания подростки ныряют туда с головой. Хотя, не только они. Насколько психолог знала, лучшим другом компьютер обычно становится не только для подростков, обделённых родительским вниманием, но и для страдающих от его переизбытка. Даже не другом - каким-то суррогатным родителем. Заброшенные подростки ищут в нём наставника, а зависимые - те, у кого каждый чих контролируется "предками" - ищут понимание и одобрение...