Когда он сел в кабину, водитель, не говоря ни слова, завелся и поехал. Лицо его было затравленным. Неисправимый оптимист Василич выглядел так, словно впервые в жизни попал в ситуацию, из которой нет выхода.

– Что голову повесил? – спросил Антон как можно дружелюбнее.

– Мысли у меня. Плохие. Помоги избавиться, а?

– Ты озвучь для начала.

– Все время лезет в голову! Не отвязаться. Мысль… мол, хорошо бы в расщелине оказался Мишка. Или тот, что со скалы сверзился. Потому… потому что… тогда на дороге точно был не он.

Антон не шевельнулся. А ведь действительно нет выхода, думал он. Есть только одно место, откуда его нет. Из себя. Из самого себя.

– Мысль действительно плохая, – согласился он. – Ты ее больше никому не рассказывай. Потому что Мишки могло не быть ни там, ни в тот раз на дороге.

– В том и дело, – глухо сказал водитель. – В том и дело.

Антон посмотрел в зеркало. За грузовиком увязался зеленый «Москвич».

Тот, кто следит за мной, подумал Антон. И едва заметно улыбнулся.

Физик стоял у двери ангара. Каждые несколько секунд он открывал дверь, бросал короткий взгляд внутрь, и снова закрывал ее. Неподалеку собралась кучка людей. Жена Артемьева что-то говорила ему, но тот лишь бросал злобное «не мешай!» и продолжал свое бессмысленное занятие.

– Он так уже часа два, – со слезами пожаловалась жена.

– Что думаешь? – спросил Владлен, увидев Антона.

Тот некоторое время понаблюдал за Артемьевым.

– Надо понять, что он делает, – сказал он.

– А, ну флаг в руки. А я пойду дурку вызывать.

Владлен пошел к людям. Видимо, он озвучил им свое намерение, так как снова заголосила жена, поднялся гам, кто-то поддерживал, кто-то пытался отговорить.

Антон не слушал.

Антон смотрел, как Артемьев открывает и закрывает дверь, и думал. Вспоминал то немногое, что он знал о квантовой физике.