– Значит, – немедленно откликнулся измолчавшийся Арно, – будем греться. Горники-то подошли?

– Часа через два после вас, можно сказать, вы их и привели.

– Ну, извините, – хохотнул виконт. – И что они поделывают?

– То же, что и эйнрехтцы: стоят. – Тихо стоят, чтоб их, мирно. – Разъезды гоняют по окрестностям, ну так их все гоняют.

– Куда ж без разъездов… Стычки хоть были?

– Не было стычек! Эйнрехтцы нашим разве что цветочки не преподносят, завтра, надо думать, с подарками и выпивкой заявятся. Как же на зимние праздники без примирения и согласия?!

– Стоять и ждать нам нельзя, – брат Орест неторопливо подкинул в костерок пару веток. – И праздновать нельзя…

– Смотря как, – откликнулся Арно. – Руперт, вы рассказывали про начатый под Эзелхардом поединок, теперь вам придется высечь троих, только и всего.

– В эти дни поединки не устраивают. – «Виконт Зэ», молодец, сообразил, что почти дружбой сейчас лучше не трясти. – Даже бескровные.

– Я, как духовник фельдмаршала, получил личное послание фок Ило, – сообщил «лев», тем же тоном он говорил, возвращаясь из Морского суда. – Похоже, оправдываются наши худшие ожидания. Меня очень вежливо и очень подробно просят удержать графа фок Фельсенбурга от нападений на движимых братскими чувствами соотечественников. Вы, Руперт, господ варитов начинаете заметно волновать.

– Какое счастье, – Руперт покосился на «главный» костер, там усиленно разговаривали. – Но я ведь могу и не удержаться!

– Эйнрехтцы именно этого от вас и ждут. Они ставят на зимние праздники, которые, если повести дело с умом, оставят Бруно без доброй трети, а то и больше, армии. Как военачальника мы фок Ило пока не знаем, но ваши таланты он в своем раскладе учел. Задирать вас в этот раз никто не будет, это вам придется на глазах солдат грубить добрым людям, притащившим выпивку и хорошее мясо. Которое, между прочим, в Южной армии сейчас видят только высшие офицеры и свита фельдмаршала.

– Ну кляча ж твоя несусветная! – Арно запустил в костер наскоро слепленным снежком. – Паршиво выходит… Не праздновать, если не нападают, нельзя, отступать дальше нельзя: праздники, да и перехватят на марше. Объединиться с нами – и того хуже… Ну так устройте, чтобы бесноватые напали первыми и при этом выкинули что-то непотребное, Ли бы устроил.

– Это очевидный выход, – согласился брат Орест, – но вынуждать на непотребство тех, кто выказывает нарочитое добронравие, рискованно. Вы же знаете, что бывает с борцом или фехтовальщиком, который рассчитывает на противодействие, а встречает пустоту. Здесь еще сложнее, хотя ваш брат, возможно, решил бы и эту задачу.