ФантастикаСердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 3стр 266
Светлый фон
О гибели рэя Герарда и генерала, чье имя я, к стыду своему, запамятовал, ты наверняка уже знаешь, как и о том, что господин фельдмаршал намерен отомстить за гибель графа Глауберозе и своего духовника. Армия с этим решением согласна, и нас завтра ждет хорошая мясорубка. Убийство парламентеров прощают лишь те, кто проиграл не только войну, но и себя, однако в случившемся есть странности, важность которых я оценить пока не могу. Постараюсь быть кратким. Известным тебе «забиякам» удалось вытащить тело брата Ореста и захватить пленного из числа эйнрехтцев, который повредился в уме, вообразив себя крысой. Не скрою, его поведение повергло нас в оторопь, и теперь добрая половина солдат уверена, что причиной безумия стала пролитая в храме кровь, тем паче убийство произошло на закате, да еще накануне Излома. рэя Герарда

Должен тебе сказать, что я и мои люди готовились к схватке, которая после гибели парламентеров казалась неизбежной. Начали мы, как водится, с перепалки, однако в последний момент горников, а на нас выскочили именно они, отозвали. О дальнейшем я знаю со слов капитана фок Замме, четыре года назад сменившего гвардейский мундир на горный. Он, в отличие от своих новых товарищей, не простил бы Марге убийства принцессы Гудрун даже за три Марагоны, но держал свои чувства при себе. Скорей всего, фок Гетц-младший взял бывшего гвардейца с собой в расчете, что он втянет в разговор меня, вышло же ровно наоборот. Мои слова об убийстве стариков и монахов и то, что он увидел во дворе храма, сподвигли Замме сменить сторону, и он с тремя своими солдатами перебежал к нам, едва не пав жертвой сперва солдатской ярости, а затем бдительности Вирстена. Мне пришлось отбивать беднягу дважды, причем второй раз я бы не справился, не поддержи меня епископ Луциан, который, между прочим, без спроса умудрился благословить всю вашу фамилию, вдруг да поможет.

Должен тебе сказать, что я и мои люди готовились к схватке, которая после гибели парламентеров казалась неизбежной. Начали мы, как водится, с перепалки, однако в последний момент горников, а на нас выскочили именно они, отозвали. О дальнейшем я знаю со слов капитана фок Замме, четыре года назад сменившего гвардейский мундир на горный. Он, в отличие от своих новых товарищей, не простил бы Марге убийства принцессы Гудрун даже за три Марагоны, но держал свои чувства при себе. Скорей всего, фок Гетц-младший взял бывшего гвардейца с собой в расчете, что он втянет в разговор меня, вышло же ровно наоборот. Мои слова об убийстве стариков и монахов и то, что он увидел во дворе храма, сподвигли Замме сменить сторону, и он с тремя своими солдатами перебежал к нам, едва не пав жертвой сперва солдатской ярости, а затем бдительности Вирстена. Мне пришлось отбивать беднягу дважды, причем второй раз я бы не справился, не поддержи меня епископ Луциан, который, между прочим, без спроса умудрился благословить всю вашу фамилию, вдруг да поможет.