Начальник экспедиции понял его колебания.

– Мы оставим на Афродите мобильную группу, Виталий Семенович, – сказал он. – В случае необходимости она стартует с планеты на катере и присоединится к нам в космосе.

– Я бы забрал наземный отряд.

– Потеряем время. Мы начали бурение в двух районах Афродиты, в горах и в пустыне, возле Большого Погоста (речь шла о найденном на экваторе скоплении скал, формой напоминающих обелиски и могильные плиты), и я не хотел бы срывать процесс.

Капитан Бугров снова задумался, однако применять капитанские полномочия и настаивать на своем предложении не стал.

– Хорошо, Игорь Ильич, готовьте оборудование и формируйте отряд. Идем к пятой и седьмой планетам. Но предупреждаю: много времени на исследование не дам.

– Понял вас, Виталий Семенович, постараемся управиться быстро.

Готовились недолго.

На планете уже трудились четверо исследователей: Томас Нурманн, Карла де Лонгвиль, Шампинолли и Филипп Каледин, исполнявший обязанности оператора кибертехники, их и решили оставить в местах бурения, где были установлены передвижные модули жизнеобеспечения. Туда же десантировали два защитных комплекса класса «Триумф», способные отразить любую ракетную атаку и защитить людей куполом силового поля.

– Справитесь? – спросил капитан Бугров у Нурманна, оставшегося на планете за главного.

– Не тревожьтесь, капитан, – ответил норвежец. – Здесь тихо, живности нет, ничего опасного не замечено, мы справимся.

– Могу подменить Каледина, – предложил Иван Ломакин.

– Благодарствую, Ваня, – ответил Каледин. – Мы хоть и не в раю, но где-то близко, вам придется трудней.

– Хорошо, – коротко прокомментировал разговор капитан Бугров.

Каледин остался со своими коллегами.

Первый прыжок звездолет сделал к пятой планете системы, на данный момент находящейся в семидесяти миллионах километров от Афродиты.

Вообще все семнадцать планет Глаза Гефеста вращались вокруг звезды довольно плотно, их орбиты умещались практически внутри орбиты Марса в Солнечной системе, поэтому особой подготовки для овердрайвов не требовалось. Эрг легко справился с расчетами маршрутов. А «Дерзкий» легко преодолел запыленное пространство между планетами – здесь хватало хвостов из мелких камней и пылевых струй – в режиме «призрак» и вышел над целью на высоте тысячи километров.

Пятая планета системы, получившая название Шарик, и в самом деле представляла собой планетоид размером со спутник Плутона Харон[10]. Атмосферы этот планетоид не имел, как не имел ни воды, ни какого-нибудь заметного рельефа. Издали он казался гладким бильярдным шаром зеленовато-серого цвета, а вблизи, с высоты пяти километров, напоминал уже шар боулинга, покрытый муаровым рисунком мелких барханов песка от полюса до полюса.