Сян взглянул на Хэнда с открытым презрением.
– Я отдал жизнь за солдат, воевавших под моим началом. Там не воняло коммерцией.
– О-о, Дамбалла… – Хэнд поднял глаза к небу. – За что, как вы полагаете, идет эта война? Вы, гребаная серая скотинка! Кто, в конце концов,
Выйдя вперед, я прошел в самый центр спора.
– Хэнд, по-моему, как менеджер по продажам ты немного староват. Отдохни.
– Ковач, я вовсе не…
– Сядь на место.
Я произнес это без всякой аффектации, но, судя по всему, слова имели вес. Хэнд подчинился.
Все лица с надеждой обратились на меня.
– Мы никуда не уйдем. Не можем. Я хочу оставить этот лагерь так же, как и вы, но мы не можем уйти. До момента, пока не сбросим буй.
Замолчав, я переждал шквал возмущенных вопросов, не пытаясь никого утихомирить. Это сделал Сутъяди. Наступила зыбкая тишина.
Для начала я обратился к Хэнду:
– Почему не рассказать, кто и зачем подбросил нам систему МАНОП? Давай, пусть знают.
Сотрудник "Мандрагоры" молча смотрел на меня.
– Ладно. Тогда скажу я.
Напряженная, хрупкая тишина. Я ощутил это, оглядев лица сидевших вокруг. И показал на Хэнда.
– У нашего доброго спонсора есть враги в его корпоративном доме, в Лэндфолле. Враги, которые желают оставить его здесь. Нанобы – способ обеспечения этого желания. Пока план не сработал, но в Лэндфолле об этом не знают. Как только мы стартуем, они сразу поймут, в чем дело, и я сомневаюсь, что мы сумеем преодолеть незамеченными хотя бы половину параболы. Правильно, Матиас?
Хэнд кивнул.