Его желудок ухнул вниз, и некоторое время он ощущал внезапно наступившую невесомость как тошноту. Его амортизатор стал поворачиваться влево, амортизатор Бобби вправо, пока они не смогли увидеть друг друга.

— Ну всё, — сказала Бобби, — они достали двигатель.

— Ага. Так вы о чем-то таком с Авасаралой думали, когда решили, что кто-то, судя по всему, присваивает корабли марсианского флота вместе с оборудованием и припасами?

— Сейчас это кажется разумным, правда?

Амортизаторы повернулись снова, когда маневровые двигатели на обшивке корабля начали гасить инерцию изрядной массы стали и керамики. Пульсация ОТО и отдача от запускаемых ракет звучали, как тяжелая музыка в фоне, но внимание Алекса привлекла наступившая тишина.

— Плохие парни, — сказал он. — Они прекратили огонь.

— Чего? — переспросила Бобби и, поразмыслив, добавила: — Значит, абордаж?

— Я тоже об этом подумал.

— Ладно. Сколько ты хочешь оставаться в этом кресле до тех пор, как мы пойдем и попробуем раздобыть какое-нибудь оружие?

— Пять минут?

— Нормально, — сказала Бобби, вытаскивая свой ручной терминал. — Запущу таймер.

Дверь в переговорную открылась через три минуты двадцать пять секунд. Три пехотинца, одетые в легкую боевую броню, вплыли через нее и заняли позиции у дверного проема, держа винтовки наизготовку. Вошедший первым человек с узким лицом и шрамом, идущим книзу от его носа, двинулся вперед. Алекса пронзила мысль, что если плохие парни, кем бы они ни были, заимели марсианские корабли, то получили бы и марсианскую броню, но узколицый закрепился на палубе.

— Мистер Камал. Сержант Драпер. Меня зовут Лейтенант де Хаан. Корабль будет совершать маневры и мы должны быть осторожны, но мне нужно, чтобы вы прошли со мной.

— Принято, сэр, — сказала Бобби, отщелкнув ремни на своем амортизаторе и запустив себя к двери. Алекс отставал от нее лишь на миг.

Десантники двигались сквозь помещения, паря в невесомости с тренированной ловкостью, прикрывая друг друга. Один всегда держал под прицелом пространство сзади, другой — впереди, а Алекс и Бобби находились в центре группы. Дважды корабль резко накренился, когда Алекс был на середине прыжка от одного захвата до другого. В первый раз ему удалось за что-то ухватиться, но во второй он отскочил от пустого участка палубы и вертелся в воздухе, пока один из солдат не схватил его и не оттащил в безопасное место. Звуки битвы, идущие из одного направления, сначала становились громче, а потом стали отдаляться. Одна из переборок не открылась, сообщив о вакууме за ней, и им пришлось вернуться назад. Путешествие, как в кошмарном сне, казалось бесконечным, но при этом оно закончилось, едва начавшись.