Ударом ноги Джап скинул уже почти мертвое тело с меча и, описав круг, стряхнул со стального полотна капли крови.

Подняв меч, Джап постучал острием по распахнутой двери, за которой прятался второй хорек.

Толкнув дверь, хорек вынудил Джапа сделать шаг назад и тут же кинулся на него с занесенной над головой короткой дубинкой, навершие которой было утыкано металлическими шипами.

Джап успел заметить, что дубинка была в крови. Должно быть, именно ею убивали тату-мастера.

Чуть согнув колени и отклонившись в сторону, Джап легко ушел от удара и из этого положения полоснул хорька мечом поперек живота.

Тот, похоже, не сразу понял, что произошло, и попытался снова занести дубинку для удара.

Но как только он начал поднимать руки вверх, разрез у него на животе раскрылся, и из него на пол посыпались потроха.

Бросив дубинку, хорек испуганно схватился руками за рассеченный живот и суетливо принялся засовывать обратно выползающие из живота кишки. Но это было все равно, что пытаться собрать разлитую воду в разбившуюся бутылку.

Вновь стряхнув кровь с меча, Джап огляделся по сторонам в поисках третьего хорька.

Хорек прятался за рабочим креслом мастера, собираясь оттуда напасть на Джапа. Но увидев, как тот разделался с двумя его приятелями, он бросил нож и попятился.

Сделав четыре шага назад, хорек уперся спиной в стену. Лицо его превратилось в раскрашенную маску из папье-маше, изображающую стилизованное воплощение граничащего с безумием ужаса. Взгляд остекленевших глаз был обращен не на Джапа, а на острие меча, который тот держал перед собой. Наверное, он понимал, что у него нет ни малейшего шанса остаться в живых. И все же он продолжал на что-то надеяться.

Дверь за спиной Джапа открылась.

– Осторожно, не подскользнись, – не оборачиваясь, предупредил Джап.

– Что ты тут натворил? – едва ли не с возмущением воскликнула Сиена, едва взглянув на лежащий у порога труп с выпотрошенным животом.

– Они убили Дарена, – Джап коротко кивнул на тело мастера, привязанное к креслу. – Похоже, его пытали. Что вам было от него нужно? – спросил он у последнего оставшегося в живых хорька.

Тот никак не отреагировал на слова бойца. Он застыл, будто в оцепенении, пытаясь вжаться спиной в стену. И только взгляд его следил за перемещениями кончика меча в руках Джапа.

– Дарен!

Сиена кинулась к креслу. Ладонями обхватила лицо мастера.

– Похоже, это те же ребята, что подожгли твою мастерскую, – Джап концом меча срубил петушиное перо, воткнутое в маленькую круглую шапочку, натянутую на голову хорька. – Я прав? – спросил он у него. – Ну? – он тронул острием меча подбородок хорька. – Ты не хочешь со мной говорить?