В неровной шеренге бандитов произошло шевеление.

— Я слышал о нём, — сказал выступивший вперёд Кинжал.

— Я тоже, — подтвердил Булава. — Он из дружины Сола. Один из самых лучших Мечей — третий или четвёртый в первой сотне лучших. Так говорят. Здорово бьётся против любого другого оружия.

Меч ядовито улыбнулся:

— Видишь, ненормальный, ты сразу ошибся. Имя ты себе выбрал неверное. Теперь тебе придётся подтвердить его… в кругу. Твоя куколка будет смотреть. И если ты ничего не сможешь…

Нэк ничего не ответил. Круг был именно тем местом, где он больше всего хотел оказаться, — с Нэкой в поле зрения. Напавшие на них были без сомнения бандитами, но дружина, в которой они состояли, очевидно, довольно большая, требующая дисциплины, что означало закон круга. Об этом говорила простая логика: один сильный воин мог держать под своим началом пять-десять воинов, пользуясь только своим авторитетом, и немного большее число — путём разумного запугивания; но дружина в тридцать-сорок человек могла управляться только общепринятым формальным путём. Закон круга был не просто кодексом чести — это отлично зарекомендовавшая себя на практике система, позволяющая управлять большим числом воинов.

В любом месте, где закон круга признавался, пускай даже с определёнными нарушениями, Нэк мог одержать верх. Он действительно имел официальный ранг третьего или четвёртого Меча из сотни лучших. Первым был Тил, который в настоящее время удалился от воинской рутины и предался рутине управления империей. Второй Меч совсем недавно был убит в схватке вне круга. Третьим был Тор, тоже отошедший от дел. Нэк до сих пор вёл активный образ жизни и регулярно использовал своё оружие. В результате к моменту развала империи он неофициально находился в ранге второго воина своего оружия — из трёх тысяч Мечей империи. Про себя Нэк сильно сомневался в том, что Тил до сих пор способен был подтвердить свою несокрушимость в кругу.

Истинным было также и то, что воины империи обучались приёмам боя против всех других принятых в кругу типов оружия. В стране имелась полудюжина Посохов, способных на равных противостоять Нэку в кругу, один или два фехтовальщика на палках, Бог Булава, который давно умер, и ни одной Звезды или Кинжала. Имевшие когда-либо место дружеские поединки Нэка против названных Посохов и Палок кончались с переменным успехом и равным счётом — иногда проигрывал он, иногда они.

Людей, которых Нэк боялся бы в круге, не существовало.

Он и Нэка были отконвоированы в лагерь, очень похожий на лагеря воинов империи. В центре лагеря был расположен большой брезентовый шатёр, окружённый со всех сторон брезентовыми же палатками меньшего размера, имелось отхожее место, место для приёма пищи и несколько тренировочных кругов. Во всём была видна умелая и толковая рука опытного вождя.