Мы оцениваем набор впечатлений, образов, эмоций и мыслей, возникших внутри конкретной (то есть субъективной) головы в процессе прочтения (то есть субъективации текста).
И у каждого это представление будет свое, оно будет отличаться от представления другого человека, поэтому искать некие общие параметры и критерии бессмысленно».
И у каждого это представление будет свое, оно будет отличаться от представления другого человека, поэтому искать некие общие параметры и критерии бессмысленно».
А вот Аркадий Рух с Константином Бояндиным и Дмитрием Казаковым не согласен: «Когда люди заявляют, что для литературы нет объективных критериев оценки, я просто перестаю с ними говорить о литературе, ибо бесполезно».
«Когда люди заявляют, что для литературы нет объективных критериев оценки, я просто перестаю с ними говорить о литературе, ибо бесполезно».
Похожего мнения придерживается и Олег Дивов: «Каждый раз, когда я слышу от человека с высшим образованием, что «не существует объективных критериев качества текста», мое первое инстинктивное желание – спросить: «Кто ты, грёбаная рогатая тварь?!» А второе – уехать туда, где эти твари не водятся, потому что кругом, слава богу, механизаторы. Они-то знают, что объективные критерии есть у всего на свете. Им не надо объяснять, что такое хорошо и что такое плохо».
«Каждый раз, когда я слышу от человека с высшим образованием, что «не существует объективных критериев качества текста», мое первое инстинктивное желание – спросить: «Кто ты, грёбаная рогатая тварь?!» А второе – уехать туда, где эти твари не водятся, потому что кругом, слава богу, механизаторы. Они-то знают, что объективные критерии есть у всего на свете. Им не надо объяснять, что такое хорошо и что такое плохо».
Другие участники дискуссии поддержали либо первую точку зрения (критериев нет), либо вторую (критерии есть).
Складывается абсурдная ситуация: правы и те, и другие, но их утверждения противоположны. Забавная амбивалентность. Действительно, ну какие могут быть объективные критерия качества у художественного текста, когда речь идёт о красоте, эмоциях, переживаниях, отношениях и личностном восприятии, то есть о сугубо субъективных вещах! Да и вообще всё это вымысел! С другой стороны, если бы критериев не было, то и профессия литературного редактора потеряла бы смысл вместе с учебниками по литредактированию и литературной правке. Но эти учебники по-прежнему хорошо продаются, а редакторы спокойно оценивают и правят тексты, основываясь на вполне конкретных критериях. Хороший редактор иногда по нескольким абзацам определит: сильный перед ним текст или слабый, написан мастером или графоманом. Потому что есть объективные критерии уровня текста. Например, внимание к деталям и резкость картинки, работа с цветом, запахами, звуками – это признаки определённого мастерства, признаки сильного текста. И наоборот – преобладание родовых понятий над видовыми, отсутствие деталей и резкости картинки – обычно признак начинающего автора. И таких критериев – множество, но с их помощью редактор оценивает уровень текста, а не качество. А это разные понятия.