Иштван чуть посторонился, пропуская разъяренного князя. Когда дверь полностью распахнулась, Скадарский шагнул в коридор. Там, вдоль стены, стояло четверо телохранителей из личной команды Якоба. Невозмутимые, вооруженные, в черных идеальных костюмах. Они не участвовали в операции и получали только необходимую им информацию. Вот и сейчас, глядя на взбешенного хозяина, никто из них даже не дрогнул.

— Оружие! — потребовал Скадарский у ближайшего, брызгая слюной. — Дай мне чертов пистолет!

Телохранители дружно перевели взгляд на Иштвана, высившегося за спиной князя. Тот сунул руку в карман и громко произнес:

— Свободное падение.

Охранники тут же ринулись вперед. Двое ловко ухватили Скадарского под руки, не давая ему пошевелиться. Иштван взял его сзади за плечи и мгновенно залепил рот хозяину мягкой лентой. Ровно и аккуратно, как это было сделано Якобом много лет назад. Оставшиеся двое охранников тут же подхватили ноги князя, оторвали их от пола и Скадарский, словно свернутый ковер, повис на руках телохранителей. Опешивший, он застыл, вращая налитыми кровью глазами.

— Начали, — велел Иштван и выскользнул в коридор.

Не оборачиваясь, он быстро пошел к неприметной узкой двери. За ней скрывалась недавно сделанная лестница, ведущая прямо на крышу.

Телохранители, державшие на руках князя, последовали за ним. Скадарский, поняв, что происходит, отчаянно замычал и начал брыкаться. Охранники и ухом не повели — они держали хозяина крепко, но бережно. Как умеют хорошо обученные профессиональные санитары, работающие в клиниках для миллионеров.

Иштван, не обращая внимания на стоны Скадарского — как и было завещано Якобом — быстрым шагом продвигался к двери, теребя в кармане карту, отпиравшую замок. Все нужно сделать быстро. Очень быстро. Сейчас главную опасность для князя представляет сам князь. И потому необходимо действовать максимально осторожно, но решительно — как и предупреждал шеф.

Сжав зубы, Иштван приложил карточку к двери, распахнул ее, и шагнул на лестницу, ведущую к вертолетной площадке.

* * *

Когда эхо громового раската затихло в лабиринтах кирпичных домов, Григорий перестал дышать. Вцепившись скрюченными пальцами в мокрую крышу машины, он взглянул на броневик, закрывавший вход в банк. Дарья, не отрывавшая глаз от часов на запястье, застыла рядом. Замерла, превратившись в статую, неподвластную течению времени. Крупные капли дождя мягко шлепали по кожаной куртке, в застывшей руке дымилась сигарета, но сама предсказательница не шевелилась, словно выпав из течения времени.

Григорий покосился на нее. Потом снова взглянул на броневик. И шмыгнул носом, когда тело напомнило, что нужно дышать.