— Если это то, о чем мы думаем, то… — Элиэль не договорила. Разговор оборвал инструментальщик из ее группы. Эльфийка развернулась к оперативнику: — Что у тебя?

— Есть слабый сигнал. Не помешала бы техподдержка, есть возможность просчитать трек и координаты выхода.

— Вызывай. — Элиэль задумчиво постучала ноготками по дверце автомашины. — Запроси у центра мозголома, я чувствую остаточное воздействие магии… странной магии, словно работали жрецы, а не классики. Шевелись, Игорь!

— Есть!

— Зачем вам менталисты? — раздался сзади женский голос.

— Товарищ подполковник! — непроизвольно вытянулась эльфийка перед невысокой стройной шатенкой в брючном костюме, незаметно подобравшейся к ней со спины.

В самом начале своей карьеры в качестве сотрудника российских спецслужб Элиэль успела поработать под командованием Марии Сергеевой, правда, тогда командир носила звание майора. Больше месяца дочь лесов ходила под рукой Марии, потом их дороги разошлись. Сергеева возглавила оперативный отдел, эльфийка, хоть и работала на выезде с оперативниками, «прописалась» в службе внутренней безопасности научного центра и переехала под крылышко Санина. За то время, пока женщины работали порознь, бывшая командирша успела обзавестись дополнительными звездочками на погонах.

— Не тянись, не на параде, — осадила эльфийку Сергеева. — Здравствуй, Эля, давно не виделись.

— Здравствуйте, Мария Петровна.

— Так зачем понадобился менталист? Раньше ты сама неплохо справлялась.

— Требуется снять полную картинку происшествия, причем быстро и аккуратно. Могу, конечно, и я постараться, но качества не гарантирую, да и свидетели потом пару суток будут неспособны вести диалог.

— О как завернула… Сказала бы, что работаешь ломиком, а требуется опытный медвежатник.

— Кто требуется?

— Ладно, — махнула рукой Сергеева, — проехали. Хорошо, работайте, не буду мешать. Все действия впредь согласовывать со мной, на период расследования ваша группа подчиняется мне. Все понятно?

— Так точно!

— Никакой самодеятельности, Эля, запомни; лучше лишний раз набери мой номер. Через три часа жду на доклад. Не нравится мне это, — уже себе под нос пробурчала подполковник, но обладавшая тонким слухом эльфийка расслышала последние слова, — третий пробой за неделю…

— Ну, мы, это… сходили в «Ближний», — рассказывал Николай Еременко, плотный пятнадцатилетний парнишка с фигурой борца и короткой спортивной стрижкой. Его мускулистые руки с лопатообразными ладонями постоянно подергивались, словно парень не знал, куда девать верхние конечности. Спортивная карьера и школьные драки успели уже оставить следы на широкоскулом лице. Сломанный и неправильно сросшийся нос навсегда останется приплюснутым, как и левое ухо, торчащее оттопыренным локатором, видимо, нежный хрящ органа слуха не раз повреждался во время тренировок и соревнований. Глядя на этого детинушку, трудно было дать ему пятнадцать годков, выглядел-то он на все двадцать. Здоровенный лоб, не отягощенный печатью лишнего интеллекта, хотя и не дурак, как можно было подумать.