Из углубления в корме чужого корабля набухла водянистая капля, начала вытягиваться в толстую желеобразную сосиску.

Пилот приготовился маневрировать и одновременно стрелять, но его опередили.

«Шляпка гриба» вдруг шевельнулась, как живая, и плавно скользнула к «голему», выстреливая целый ручей пенящейся белёсой субстанции…

* * *

«Голем» отсутствовал уже больше трёх часов, и у Маккены появилось дурное предчувствие.

– Виль, – позвал он, – что слышно?

– Ничего, – лаконично отозвался бортинженер.

Маккена вызвал первого пилота:

– Вацлав, подготовь на всякий случай второй шлюп.

– Он давно готов, Рудольф, – сказал Хржичка, понимая состояние командира.

– Митя, что-нибудь получается? – обратился Маккена к инконику.

– Пытаюсь понять сам, – пропыхтел Успенский из развороченных недр управляющей системы. – Переброшу связи уцелевших блоков, может, заработает система ориентации. На большее рассчитывать не приходится.

Маккена стиснул зубы, чтобы не выругаться. Посидел в командирском коконе, ломая голову над проблемой возвращения. Потом спустился в медотсек. Однако Розы Линдсей там не оказалось. Она работала в своём пассажирском боксе, аппаратура которого не подверглась атаке «червя».

– Роза, вам положено лежать, – сказал Маккена, с некоторым недоверием разглядев, что эксперт весьма привлекательна; женщина сидела у вириала инка в обтягивающем серебристом унике.

– Мне лучше, – сказала она, не отрываясь от виома, в объёме которого светилась схема Оси Зла.

– Извините, я бы всё-таки советовал вам отдохнуть, – мрачно добавил он.

Роза удивлённо оглянулась и, видимо, что-то прочитала в глазах командира корабля. Слабо улыбнулась.

– Благодарю за совет.

Он потоптался на пороге уютного бокса, невольно принюхиваясь к тонкому запаху духов. Подумал: женщина и в космосе остаётся женщиной. И вдруг неожиданно для себя самого спросил:

– Вы замужем?