— Тхакур, забери к себе на СПАС-17 Кузьму Ромашина, он сейчас на второй Меркурианской базе, и подержи, пока я сам за ним не приду.

— Выполняю, — без удивления кивнул смуглый индиец-дежурный.

Виом погас, затем вспыхнул снова: Филипп попросил инка показать Солнце с застрявшим внутри «футбольным мячом дьявола».

Метровый объем виома, конечно, не мог внушить всей грандиозности явления, но все же зрелище было впечатляющим: в кабинете Ромашина возник шевелящийся шар жидкого огня! Затем шар стал почти прозрачным, и в нем появилось коричневое зернышко в ядре Солнца — область с пониженной температурой, которую генерировало «сферозеркало».

Отец и сын некоторое время рассматривали изображение светила, потом глянули друг на друга.

— Ты думаешь, это серьезно? — кивнул на огненный шар Игнат.

— А ты так не думаешь? — хмуро сказал Филипп, выключая виом.

— Но ведь не станет же Наблюдатель тушить Солнце с помощью такого специфического «огнетушителя»? Зачем ему это?

— Наблюдателю действительно это ни к чему, ты прав, а вот хозяину «мячей», наверное, необходимо. Хотя на вопрос: зачем? — я не отвечу.

— Но ты уверен, что «мячи» не принадлежат Наблюдателю?

— Керри первым высказал эту мысль, и за это его убили. Идея подтверждается фактами, вот что страшно. Просто деятельность хозяина «мячей» совпала с активизацией «зеркал», а мы приняли их за один и тот же процесс. Кстати, есть реальное объяснение, почему «зеркала» становятся «мертвяками».

— Кузьма нашел?

— Нет, снова Керри. Он доказал, что «зеркала» имеют определенный энергетический ресурс, и как только этот ресурс подходит к концу, они становятся хрономембранами, работающими по некоторым параметрам только в одну сторону. Тело человека назад выходит, а сознание и память — нет.

— Лихо!

Филипп помял лицо ладонями, сгорбился.

— Мне уже трудно держать себя в форме, пора на покой.

— Ты прекрасно выглядишь, старик.

— Спасибо. Бодрюсь. Но годы уже не те, а нагрузки увеличиваются. Ты-то как, справляешься?

— Тоже бодрюсь, — усмехнулся Игнат. — А мы с тобой действительно старики, господин директор, и ничего с этим не поделаешь. Вот расхлебаем кашу с Наблюдателем, и в отставку. Давно я рыбу не ловил в Упе.

— Ты только об этом маме не говори — насчет стариков.