О том, что «паньтао» испытают на «мотоболе», Кузьма узнал от Хасида и упросил деда взять его на борт «Мощного». Все это время физик провел на базе СБ на Титане, где создавался «большой паньтао», и практически не виделся с Катей. И не только с ней, но и с отцом и дедом. Он заканчивал новый цикл расчетов, предваряющих теорию хроносингулярностей, а также участвовал в практической реализации своей идеи: создавал модели «паньтао» и прокручивал в виртуальной реальности инк-системы базы их воздействие на «зеркала». Пока что эти виртуальные эксперименты подтверждали его расчеты и выводы. Дело оставалось за малым: испытать установку на реальных объектах.

В шесть часов по среднесолнечному времени двадцать четвертого апреля «Мощный» стартовал с базы Ганимеда в открытое пространство «для несения патрульной службы и выявления „зеркал“ на периферии Солнечной системы» — так звучал формуляр командира спейсера для тех, кто вознамерился бы проверить маршрутную карту и полетное задание. Стартовав, спейсер ушел на «струну» и вышел уже над плоскостью эклиптики, в которую под малым углом входил «мотобол дьявола» — жуткая зеркальная махина, почти равная по размерам таким планетам, как Уран и Нептун.[58]

Земля еще не успела направить сюда свой исследовательский флот, и сопровождал «мотобол» только один корабль погранслужбы — «Лангхаар». Его командир не знал о намерениях испытателей и отреагировал на прибытие коллеги как на рядовое событие, хотя не преминул при этом спросить, что ему нужно.

— Обычный патрульный вояж, — ответил командир «Мощного».

Так как эксперимент был опасен, на борту спейсера находилось, кроме экипажа, всего шесть человек: директор УАСС, комиссар службы безопасности, Кузьма Ромашин, конструкторы «паньтао» Гредас и Лю Тао и Хасид. Все они занимали места в кокон-рубке корабля, имевшей дополнительные контуры защиты, а не в зале визуального контроля, как обычно.

Кузьма, естественно, волновался, однако интеллектуальная и психологическая усталость притупили его чувства, и вел он себя почти так же сдержанно, как дед.

Кокон-рубка спейсера, самой современной из машин пространства, созданных людьми в последнее время, могла вместить двадцать человек, и для каждого создавалась своя органелла — ниша индивидуальной информационной аудиовидеообработки, создающая впечатление безраздельной власти над умным и мощным кораблем, над пространством и временем, над всеми объектами космоса. Когда включалось инк-сопровождение, у человека возникало удивительное ощущение парения в пустоте и владения колоссальными возможностями внезапно увеличившегося, наполненного энергией тела. И еще казалось, что он невидим и находится в космосе совершенно один.