– Точно, нужно к полуночи всё закончить. Потом, сами понимаете, начинается время Вия, место его дислокации – Диканька, находится оно не очень далеко отсюда. Валер, ты бы на всякий случай захватил мел – будешь им рисовать круги.

И он опять мрачно захохотал.

Первыми добрались до вырытой траншеи Саша и Флюр, они топорами выломали оконную раму и скрылись в уже пустом проёме. Мы с Валерой последние забрались в дом через это отверстие, так как запускали генератор и подготавливали всё для проведения электрической линии в здание. Разматывая кабель, первым двигался Валера, за ним я нёс связку дополнительных удлинителей, с вмонтированными в них короткими проводами с лампами. Не отвлекаясь и не заглядывая в комнаты, мы довольно быстро провели освещение по коридору, ведущему наверх, по лестнице вниз и по коридору первого этажа.

После проведения освещения мы тоже занялись осмотром боковых комнат. Валера проверял комнаты по правой стороне коридора, а я по левой. Кстати, на первом этаже мы оказались раньше всех. Остальные застряли, проверяя помещения на втором этаже.

Первая комната, куда я открыл дверь, была не очень большой, она была заставлена столами с радиоаппаратурой и полками с какими-то папками. По-видимому, это был радиоузел заставы.

На стуле перед радиостанцией сидел, так сказать, труп – голова его покоилась прямо на столе. Ещё один труп лежал на диване, стоящем в углу комнаты – голова его свешивалась почти к самому полу, на котором валялась засохшая лепёшка непонятного вида. По-видимому, человека перед самой смертью вырвало. Я сразу же подумал, как всё это похоже на то, что я уже не раз встречал при осмотрах квартир и других мест, которые первоначально послужили убежищем для людей; и здесь всё та же картина отравления после воздействия ядовитого вулканического газа. Только единственный момент вызвал у меня недоумение – все-таки это была военная часть, и у них наверняка имелись противогазы. Тогда почему эти люди ими не воспользовались? Подобные размышления занимали меня не долго, неуёмная тяга к табаку подавила все другие мысли, включая первоначально присутствующую брезгливость. И я, повинуясь наркотическому зову никотина, начал судорожно обшаривать карманы трупов. В брюках лежащего на диване мертвого человека я, к своей радости, нашёл почти полную пачку каких-то украинских сигарет. Не обращая никакого внимания на запах, идущий от этой пачки, я вытащил сигарету и с превеликим кайфом ею задымил.

Перекурив, я, с чувством полностью выполненной миссии по обследованию этого помещения, вышел в коридор. У меня даже не возникла мысль, посмотреть папки с радиограммами, чтобы узнать, какие распоряжения командования должна была выполнять эта погранзастава. Выйдя в коридор, увидел у следующей двери стоящего в нерешительности и мнущегося Валеру. Заметив меня, он, как бы оправдываясь, произнёс: