Она опять прижала ладонь ко рту. Прошептала:

– Вспомнил?

– Да.

– Ну пойдем. – Дора подхватила меня под руку. – Расскажешь мне все. Я до сих пор не могу поверить…

– Да рассказывать особо нечего. Приехал, живу, работаю… кх-м… помаленьку. Ты-то как? Я видел тебя по телевизору несколько раз.

Мы отошли с дороги, сели на скамейку. Дора еще не отошла от внезапной встречи, поминутно хватала меня за руку, словно желая убедиться, что это я. Говорила торопливо, невпопад, перескакивала с одного на другое.

– …Я так и не смогла попасть туда второй раз. Не нашла машины, где ребята сгорели.

– Это опасно. Лезть туда не стоит.

– Да, мне так и сказали. Когда я приехала на студию, рвала и метала, кричала, что надо организовывать спасение. Еще с форпоста хотела поехать, но военные не пустили. Так и остались Тим с Рэмом там…

Она тряхнула головой, сдерживая слезы, провела пальцами по глазам. Глубоко вздохнула, глянула на меня.

– Ты-то как? Ты сильно изменился, Нэд. Ой, Артур! Еще не привыкла… Знаешь… – Она запнулась, порозовела. – Я ведь замуж вышла.

И тут же стрельнула глазами, проверяя мою реакцию.

– Поздравляю. Кто он?

– Один замечательный человек. Он не связан с телевидением… Работает в Девянске, у него бизнес. Прости меня, Артур, но я… не знала, что ты жив, тогда, после возвращения, было так паршиво, хоть вой. Я ведь хотела бросить все и уехать. А Костя помог. Поддержал, отговорил. Был рядом. И не настаивал…

– Дора.

– А?

– Я рад за тебя.

– Да? – Она вновь расцвела улыбкой. – Спасибо. Я ведь теперь руковожу программой. Сестра приехала, помнишь, я рассказывала?

– Да. У нее ранение было?

– Точно. Все давно прошло. Сейчас работает, помогает мне. Стала хорошим специалистом. Иногда участвует в показах мод. Популярна, сил нет. А год назад ее едва откачали. Когда о Тиме узнала…