– Когда?

– Если можно, завтра.

– Нет, завтра я занят.

– Ну тогда…

– А впрочем… – Я прикинул, что у нас завтра вечером по графику, и передумал. – Давай вечером.

– Ой! Отлично, – явно обрадовалась телезнаменитость.

– Я перезвоню, уточню время.

– Тогда не буду мешать. До встречи.

– Пока.

Свен подождал, пока я положу трубку, с притворной серьезностью произнес:

– Скоро станет Артур знаменитым. По телевизору показывать будут, в газетах фотографии печатать…

– Завидно? – прищурился я. – Нехорошо. Грех, как утверждает церковь.

– Нехорошо, – вздохнул Свен. – Но очень завидно.

– Ладно, господа офицеры, хватит сидеть. Пошли. Посмотрим новые образцы оружия. Может, что и себе возьмем. Надо идти в ногу со временем.

– Надо, – подтвердил Радован. – Лишь бы не у него под ногами…

…Новый год в привычном понимании – это зима, медленно падающий снег, легкий морозец, ветерок, кружащий снежинки, сугробы по обочинам, облака на небе… Примерно половина праздничных дней проходит именно при такой погоде. Вторая половина – либо оттепель с лужами и порывистым ветром, либо мороз за двадцать, когда снег скрипит под ногами, дыхание перехватывает от холода, а пальцы ног коченеют после десяти минут ходьбы…

Двадцать седьмого декабря столбик термометра застыл на отметке плюс 15 градусов. Было безветренно, солнечно и тихо. Как и обычно в это время года на полуострове. Если синоптики не наврали, в первых числах января придет новый антициклон, закроет небо облаками, прольет дожди и поднимет температуру еще на пять градусов. Тогда любители зимнего купания опять оккупируют городские пляжи. Вода прогреется до тринадцати-четырнадцати градусов.

Нижний зал ресторана пустовал. Кроме нескольких человек, обедающих за столиком у входа, никого не было. По залу неслышной тенью проходил официант, таская уставленные тарелками подносы от стойки к столику с клиентами. Судя по обилию блюд, там обедали недавние узники концлагеря.

Я пробегал глазами меню, опустошая бокал ледяной шипучки и поглядывая в окно. Вот-вот должна была подойти Дора.