– Варягу плевать, – встрял Абрек. – Думаю, он все понял. Но ничего делать не будет.

– Уверен? – нахмурился Брилёв. – Он понял, что это наших рук дело, но не станет в это лезть? Это точно?

– Он странно себя вел, – Абрек задумался, вспоминая прошедшие события. – Сначала участвовал везде: сам вел нас к окопам фээсбэшников, сам страховал Пиджака, сам проводил переговоры, первый заходил внутрь, лично проверил состояние каждого из них. А потом вдруг резко забил на все, приказал мне заниматься всеми вопросами и ушел на разминирование. Ему стало вообще по хрен на то, что мы делаем. Я без проблем растасовал фээсбэшников по грузовикам, как планировалось. Генералы оказались живучие, никто из них не умер до нашего появления, но ногами они еле шевелили. Никто даже спорить не стал. Мы погрузили все, что у них было, в один грузовик, туда же отправили семерых сопляков – курсанты, только на третий курс перешли. Остальных разложил в нашем специальном грузовике. Варяг вернулся перед самым отъездом и даже не поинтересовался, кто где. Дал десять минут на сборы и полез за руль. Ему было пофиг уже тогда. После типа атаки роботов, когда мы остановились из-за бурана, он осмотрел наш грузовик, убедился, что мы не потеряли ход, ничего не сказал и повел колонну дальше. Как будто не кузов с людьми разнесло на шматки, а дырявый тент сорвало ветром. Его ни потери, ни подробности вообще не интересовали, как тогда, с террористами. Мангуст?

Абрек посмотрел на Мангуста, и тот подтвердил:

– Это даже хорошо, что Варяг догадался, нам проще: не произойдет случайных догадок в неподходящий момент. Раз он не стал вмешиваться сразу, значит, и не будет. Варяг всегда так себя вел, еще когда мы служили в одном отряде.

– Ему эти фээсбэшники по хвосту, – сделал вывод Абрек. – За полчаса до развертывания базы он спросил в эфире, каковы потери, объявил, что разворачивать две базы нет смысла, и приказал ставить одну. И все. У фээсбэшников обнаружился бесшумный спецназовский ствол, так Варяг на это и то живее отреагировал. В смысле, я сказал, что теперь это его автомат, и он реально обрадовался. Даже взгляд потеплел. Он сделает вид, что поверил в роботов, я уверен!

– О’кей, – оценил Брилёв. – Это очень хорошо. А что насчет остальных?

– Остальные ничего не поняли, – безапелляционно заявил Абрек. – Все сработало, как положено. Я сидел в замыкающем колонну грузовике, подготовленном для уничтожения противника, рядом с водителем. За рулем был Тех. По условному сигналу наши начали орать, что видят роботов, я подхватил, и он задергался. Пацан молодой, сел на измену, пытался одновременно озираться по сторонам и не упустить из вида впереди идущую машину, чтобы не потерять колонну. Ему было не до меня. Когда я нажимал ногой на секретный рычаг, он даже в мою сторону не смотрел. Пиротехнические заряды бахнули нормально! Он аж сжался! Потом, когда отлегло, признался, типа, решил, что нам конец! Я ору: «По нам долбят! Гони, пока живы!»