Бессмертные, вечно изменчивые создания самой природы были уничтожены Тварями. С тех пор появились легенды, что Твари могут уничтожить все, что было, есть и будет в Безымянном Мире, ибо они принадлежат другой реальности.

- Второй Мастер проник за Врата и вернулся с победой, - старец-Дракон поднялся и подошел к Хаджару. - Я вижу его тьму в твоих глазах, генерал. Не знаю, слышит меня Второй Мастер сквозь тебе или нет, но…

Какое-то время старик стоял неподвижно, а затем поклонился. Не Хаджару. А тому, кто находился глубоко в недрах его души. Закованный в цепи, в вечном плену.

Выпрямившись, старец развернулся и направился к пню.

- После победы над Тварями началась эра процветания Безымянного Мира. Боги поднялись на Седьмое Небо и создали своих ку… людей, - от Хаджара не укрылось то, как дракон проглотил слово “кукол”. - Самые разные народы расселились по миру и заполняли его жизнью. Река Мира полнилась. Да, случались войны - вплоть до больших, когда Летний и Зимний двор пошли приступом на Яшмовый Дворец, но… на моем веку я помнил лишь мир.

Действительно - войны Небес и Земли, когда Враг восстал против своих создателей, начались уже после гибели Белого Дракона.

- И за это я благодарен твоему предку, генерал, - старец наклонился и коснулся ладонью пня. - Удивительно, не правда ли. В тебе соединилась моя кровь и кровь моего Второго Мастера и через тебя мы родны друг с другом… почему-то мне кажется, что в этом есть, как сказал бы мой учитель, нечто поэтичное.

Старец-Дракон вонзил ладонь внутрь трухлявого пня, а когда выпрямился, то Хаджар увидел перед собой не дряхлого старика, но нечто иное.

Нечто, с чем он прежде еще никогда не бился. И, быть может, если бы не происшествие в Чашах Духов, то у него даже призрачного шанса не имелось бы выдержать даже один удар. Всего один удар.

Не от самого Белого Дракона, а от тени его тени. Маленького осколка.

Осколка, в данный момент затмившего небо своей могучей аурой.

Глава 1591

Глава 1591

Глава 1591

Тело старца наполнялось жизнью и силой. Его сухие мышцы наливались яростью и мощью, превращаясь из подобия обтянутого кожей скелета - в мощный торс, покрытый сотнями и сотнями шрамов. Следы прошедших битв были лучшими подтверждениями воинской славы могучего дракона.