- Он уверен.

Хаджар резко обернулся и…

Он стоял посередине широко тронного зала. Залитый светом, сверкающий камнями самых разных пород. Такой большой, что в него, наверное, поместился бы весь тот дворец, что еще недавно видел перед собой Хаджар.

В нефритовых ваннах под высокими колоннами плавали рыбы, больше похожие на ожившие драгоценности. С далекого свода, украшенного росписями, которые невозможно описать языком смертных, спускались люстры, каждая из которых сложностью узорного орнамента и изысканностью буквально кружила голову.

Статуи, гобелены, картины - все выполнено лучшими мастерами из когда-либо живших - самими Фейри. Тех, кто по приданиям, обучил первых мастеров-ремесленников Безымянного Мира.

Фейри…

Десятки, сотни, тысячи. В одеждах, камзолах, платьях, доспехах. Похожие на животных, похожие на людей, похожие на стихии. Красивые и уродливые, но даже в уродливости своей - изысканные и лощеные. Их тут было целое море. А в центре, мокрый, едва перешагнувший через бортик фонтана, стоял Хаджар.

- Это все было…

- “Наваждение… проклятье! Я должен был догадаться, что во время летнего солнцестояния Титания и не на такое способна!”

Иными словами - пытаясь попасть во дворец Королевы Лета Хаджар с Хельмером немного перестарались в, прямом смысле слова, заявились в разгар чужого праздника.

- Нарушители! - взвизгнул кто-то на пьедестале.

В красной мантии с белоснежной оборкой, он походил на прямоходящую свинью. С обвислыми ушами, пяточком вместо носа и пузом, вываливающиеся из камзола.

- Уймитесь, главный жрец, - прозвучал властный голос. - И вернитесь к празднику.

- Но миледи…

- Моя Королева, - с нажимом повторил голос.

- Моя Королева, - повторил с поклоном жрец и спустился с пьедестала.