Женщина-нитра внезапно перестала притворяться бесстрастной. Она завопила так громко, что у людей зазвенело в ушах. Пальцы переводчика заметались, переводя ее крики:

— Ее злой демон убил моего сына, а вы ползаете у нее в ногах! Вы назвали ее другом клана, вы ставите жизни других выше жизни моего сына! Что мне в них? Она его убила! Гоните ее из стойбища! Я взываю к Гремящим-в-Горах — пусть они судят ее!

Слушатели испуганно охнули.

Громовая барабанщица сделала шаг вперед, и это движение словно придало ей величия. Теперь это была не тихая, добродушная женщина, которая так нравилась Тани. В ней чувствовалась властность и сила. Ее голос окреп, налился мощью. Руки извлекли из висящего на поясе барабанчика приглушенный звук, похожий на далекий раскат грома. И все то время, что она говорила, далекий гром продолжал звучать, сопровождая ее слова.

— Я все слышала. Мы не сравниваем цены жизней. Вечерняя Заря не торговалась с нами. Она встретила наших воинов как друзей. Она разделила с ними еду, питье и тепло костра. Она давала, ничего не прося взамен. И когда ей сказали, что она нужна клану, последовала за воинами, не спрашивая, куда и зачем ее зовут. Когда дитя из клана оказалось в опасности, она спасла дитя. Она не стала просить платы у его матери. То, что отдано от чистого сердца, должно быть встречено с чистым сердцем. Она — член клана.

Глухой раскат грома.

— Гремящие-в-Горах все слышат. Пусть они рассудят и ответят, как просит о том Быстро Ходящая.

Молния полыхнула над ними и ударила в землю. Полетели фиолетовые искры, однако молния ушла в землю, никому не причинив вреда. Барабанчик зарокотал вновь, и небо откликнулось ему. Громовая барабанщица кивнула, как бы признавая услышанное решение.