— Все, что я только что сказал, — объявил симулакрум Даниэль Мэйджбум слегка изменившимся, более взволнованным и низким голосом, — должно расцениваться не иначе как гнусные измышления и ловко расставленная западня. Вы совершите самоубийственный поступок, если попросите так называемой защиты у Альфанской империи, поскольку во–первых…

Первым же выстрелом Говард Строу вывел робота из строя, поразив лучом его электронный мозг; Мэйджбум зашатался и с грохотом рухнул на пол. В зале воцарилось молчание. Симулакрум не шевелился.

Строу засунул пистолет обратно в кобуру и, сверкая глазами, уселся на место.

— Сообщение Риттерсдорфа перекрыто ЦРУ из Сан–Франциско, — повторил он, хотя сейчас уже до каждого делегата, даже до геба Якоба Симиона, дошел смысл происходящего. — Однако мы услышали предложение Риттерсдорфа, а это самое главное. — Строу обвел взглядом присутствующих. — Надо действовать как можно быстрее. Давайте голосовать.

— Я голосую за то, чтобы принять предложение Риттерсдорфа, — проговорил Габриэль Бэйнс, думая про себя о том, что, если бы не решительные действия Строу, симулакрум, снова попав под управление с Земли, мог взорваться и похоронить их всех.

— Я согласна, — нервно проговорила Аннет. Когда подсчет голосов был произведен, выяснилось, что только Дино Уоттерс, этот ничтожный деп, проголосовал против.

— Вы что, не согласны? — удивленно спросил его Бэйнс. Хриплым, полным отчаяния голосом деп ответил:

— Я думаю, дело абсолютно безнадежное. Земные корабли совсем рядом. Манский экран долго не продержится. Или же мы не сможем связаться с кораблем Хентмэна. Что–нибудь обязательно сорвется, и земляне уничтожат нас. — Потом добавил:

— Кроме того, у меня страшные боли в желудке с тех самых пор, когда мы собрались в первый раз. Думаю, у меня рак.

Говард Строу нажал на кнопку звонка, и появился слуга с портативным радиопередатчиком.

— Я свяжусь с кораблем Хентмэна, — объявил Строу, щелкнув тумблером передатчика.

***

После бесплодных попыток связаться с остатками своей мафии на Земле, Банни Хентмэн поднял голову и с изменившимся лицом сказал Чаку Риттерсдорфу:

— Произошло следующее. Этот ваш приятель Лондон, шеф Сан–Францисского отделения ЦРУ и начальник Элвуда, наконец понял, что случилось, — он лично контролировал действия Мэйджбума. Скорее всего, Лондон уже что–то подозревал, хотя бы после того, как мне удалось скрыться.

— Элвуд мертв? — спросил Чак.

— Нет, сейчас он в сан–францисской тюрьме ЦРУ. А Петри снова сел за пульт. — Хентмэн поднялся, отключив канал связи с Землей. — Но, главное, они не успели вовремя восстановить контроль над Мэйджбумом.