Лучше поздно…

– Благодарю вас за содействие, господин Эскильо. – Николя прошел к столу, сел в кресло, которое для него освободил Эд. – Господину директору сообщат о вашем добровольном сотрудничестве.

Равнодушие на грани оскорбления…

Мальчик был просто великолепен! Впрочем, Валев был моим ровесником, но после роли со студентом, которую он исполнял на Зерхане, я с собой ничего поделать не могла.

– Считаешь, заигрались? – Ромшез, откинувшись спиной на мои ноги, закинул голову назад.

Глаза голубые-голубые… Сейчас он был в линзах, которые делали их совершенно обычными.

Все логично. На крейсере кого только не встретишь, а вот на Земле выходцы с Эльдореи редкость. На Земле вообще выходцы с окраинных планет Союза редкость.

Правда, я об этом раньше как-то не задумывалась.

Провела рукой по ежику волос – нужно же доставить удовольствие тем, кто сидел на контроле.

– Посмотрим.

Тот понимающе усмехнулся, протянул руку, забирая мой бокал с шаре. Идеальный второй…

Прежде чем отдать, сделала глоток сама. Для усиления остроты ощущений.

Роверу лучше бы заранее задуматься, стоило ли загонять меня в угол, или проще было просто поговорить, не заставляя ломать голову над очередной шарадой.

Я ее, конечно, разгадала, но легче мне от этого не стало. Изменения были слишком кардинальными, чтобы легко их принять.

– Ну что, – выдержав достаточную для нагнетания обстановки паузу, продолжил Николя на экране, – может, начать с предложения самим во всем признаться?

Безукоризненное исполнение. Интонации, взгляд, поза! Кто – они, а кто – мы…

Противостояние!

– Нас в чем-то обвиняют?

Опять Юрий. Причину я уже знала. Собственная безопасность после выходки Козельского была вынуждена открыть полные данные о Сурикове.

Не зря я вспомнила про штабиста. Не отец и сын, но старший брат. И хотя разница в возрасте достаточно большая, чтобы говорить о нежной дружбе между ними, но… кровь все равно родная.