– Со мной все в порядке, – прошептал он. Одежда его обгорела, один рукав еще тлел. Набрав земли, я погасила пламя. Лицо Алекса почернело от копоти.

Он поднялся на ноги, и мы заковыляли прочь.

– Что случилось? – спросила я.

– Чейз, – сказал он, – возвращайся на свое место. И держи наготове скремблер.

– Что?..

– Я цел и невредим. – Он включил коммуникатор. – Белль… – Голос его вдруг дрогнул, он с трудом сдерживал слезы. – У нас проблема.

В темноте послышался голос Белль:

– Что случилось, Алекс?

– Чейз… – У него перехватило дыхание. – Чейз погибла.

Сперва я подумала, что из-за взрыва у него что-то случилось с головой. Но когда я открыла рот и приготовилась спросить, что все это значит, черт побери, Алекс отчаянно замахал рукой, призывая меня к молчанию.

И я промолчала.

– Я обгорел, – сказал он. – Попытаюсь вернуться к челноку, но не уверен, что смогу.

– Я могу чем-то помочь, Алекс?

– Увы, нет, Белль. Чейз была рядом с домом, когда он взорвался. Да поможет ей Бог.

Он прервал связь и подошел к дымящимся руинам, зовя меня.

– Чейз… – всхлипнул он срывающимся голосом. – Чейз, я же велел тебе ждать меня. Я же тебе говорил…

Подобрав камень, он зашвырнул его высоко в кроны деревьев, после чего упал на колени и разрыдался.

Надо отдать должное Алексу: он мог бы сделать неплохую карьеру в труппе «Побережье». Он все еще стоял на коленях, тяжело дыша, когда кто-то прошел мимо дерева, так и не заметив меня, и остановился за спиной Алекса.

– Господин Бенедикт, надо полагать?

Это был невысокий мужчина средних лет, с приятной улыбкой. Китель «Звездного корпуса» был велик ему на два размера. Такого человека ожидаешь встретить скорее в библиотеке, чем в лесу.