– Возьми еще двоих и мой аэроспидер, и летите в «Корону Лулины». Спрячьтесь и следите за гостиницей. Я велю Азиэлю привезти криодекс сюда. Если господин Виллакор прав, и перед нами – фальшивка, тогда он ответит на мой приказ без колебаний и страха. – Фаллиин ожег взглядом наместника. – Если же наместник ошибается, и в наших руках взаправду криодекс Азиэля, он попытается сбежать. И сам подпишет себе приговор.

Охранник кивнул:

– Слушаюсь, ваше превосходительство. – Он извлек комлинк и быстрым шагом направился к гаражу.

– Моя стража может чем-то помочь? – нерешительно спросил наместник.

– А ты готов доверить кому-то из них свою жизнь? – вопросом на вопрос ответил Казади.

Учитывая обстоятельства, Виллакор знал, как должен звучать правильный ответ.

– Нет, – признался он.

– Тогда твои подручные нам не помощники, – постановил Казади. – Я извещу тебя о результатах расследования.

Два фаллиина-телохранителя и трое людей сформировали вокруг виго живой щит, и тот тронулся в сторону лестницы.

Виллакор ощутил, как на месте желудка образуется дыра. За три недели, что прошли с момента прибытия Казади, он наблюдал подобный защитный строй только в те редкие случаи, когда фаллиин покидал стены поместья. Теперь же виго не чувствовал себя в безопасности и внутри особняка. Виллакор едва ли мог его винить. Если криодекс – подделка, то как вообще ее могли изготовить? Если же он настоящий, то что могло подвигнуть Азиэля на этот безумный шаг? Разве что организация Кверва выбрала своей целью не только Виллакора. Они вполне могли подтачивать «Черное солнце» с двух сторон разом и посулить что-то ценное Азиэлю в обмен на его криодекс.

А может, никакого предательства и не было. В конце концов единственным свидетельством того, что криодекс Кверва идентичен планшету Азиэля, служат слова Казади. А что, если таким образом он пытается уличить в измене Виллакора? В таком случае едва ли Виллакор мог что-либо предпринять. Он был секторальным наместником, а Казади – виго. Предал ли Азиэль «Черное солнце» или это хитрый план фаллиина, призванный очернить Виллакора, все упирается в одну и ту же стену. Его слово против слова виго. И можно даже не сомневаться, кому из них поверит принц Ксизор. Внезапно сделка с Империей показалась весьма и весьма привлекательной задумкой.

– Сэр? – позвал Тоб.

Виллакор отогнал мрачные мысли, чувствуя, как накатывает новая волна решимости. Он не побежит к лорду д’Ашулу, Дарту Вейдеру или самому императору. Он останется здесь и будет до конца драться за власть и территорию, которые так долго завоевывал и которые по праву принадлежали ему. Как он мог даже помыслить о том, чтобы от всего отказаться?