Свон кивнула, обдумывая услышанное. Если глупые девчонки были квантовыми компьютерами — и тот игрок в боулинг тоже, — это поразительно, хотя бы с точки зрения морфологии. А что до мышления, Свон все сказанное не удивило.

— Я часто говорю с Полиной на эти темы, — сказала она собравшимся. — Но из ваших слов мне ясно, насколько искалечены эти квакомы отсутствием того, о чем вы говорили. Скорее всего отсутствием эмоций. И ничего не могут сделать.

— Кажется так, — произнес в наступившей тишине Варам. — Но сейчас они как будто бы ставят себе цели. Может, у них есть какие-то псевдоэмоции; мы не знаем. Вероятно, они все еще не очень умны — скорее сверчки, чем собаки. Но, видите ли, с точки зрения создания более высокого уровня сознания мы не знаем, как работает наш собственный мозг. Поскольку мы не можем проникнуть в эти компьютеры и понять, что в них происходит, мы знаем о них даже меньше, чем они о нас. Так что… проблема.

— Вы разобрали какой-нибудь кваком, чтобы посмотреть?

— Да. Но результаты сложно истолковать. Вот любопытная аналогия с попыткой изучить собственный мозг — вы хотите изучить момент образования мысли, но, даже установив, какой механизм создает мысли, вы не будете знать, что именно вызывает эту конкретную мысль или как эта мысль осознается изнутри. В обоих случаях возникает квантовый эффект, при котором очень трудно проследить мысль до ее физического источника или действия.

— Существует также опасение, что этими «вскрытиями» мы подаем дурной пример, — добавил Женетт. — Что если им захочется изучать нас подобным же образом?

Свон с несчастным видом кивнула, вспоминая взгляд игрока в боулинг и даже взгляды тех глупых девчонок — теперь, когда она снова об этом задумалась. Их взгляды говорили о том, что они готовы к чему-то. Или просто не понимают, что говорят.

Но у людей все время такой вид.

— Итак, — сказал Варам. — Вот тебе наша проблема. Сейчас она становится все более насущной, потому что есть несомненные доказательства, что этих кваком-гуманоидов направляют другие компьютеры — компьютеры специальных вычислительных систем, или роботов, или даже управляющие компьютеры астероидов.

— Но зачем им это? — спросила Свон.

Варам пожал плечами.

— Неужели дело так плохо? — спросила Свон, подумав. — Я хочу сказать, они не могут быть связаны друг с другом, как элементы какого-то существа с мозгом-ульем, не могут из-за декогеренции. Так что в конечном счете они всего лишь люди с мозгом-компьютером.

— Люди без эмоций.

— Но такие люди всегда были. Появляются время от времени.