— Я же сказала — как-нибудь уживемся.

Пока они шли по коридору, Джантифф спросил:

— А что случилось с вашим прежним сожителем?

— С сожительницей. Понятия не имею. В один прекрасный день ушла и не вернулась.

— Удивительно!

— Надо полагать. Чужая душа — потемки. А вот и столовка.

Они зашли в просторный длинный зал с рядами столов и скамей, уже заполненный галдящими жильцами 19-го этажа. Дежурный пробил номера их квартир в регистрационной карточке. Получив подносы с крышками из окна раздаточного устройства, трое уселись за стол и сняли крышки — каждый поднос содержал те же три блюда, что Джантиффу намедни подали в «Приюте путешественника». Даже порции были того же размера.

Скорлетта отложила брикет всячины:

— Пора собирать на следующую выпивку.

Скорчив насмешливую гримасу сожаления, Эстебан сделал то же самое:

— На пойло не жалко!

— А вот и мой вклад! — сказал Джантифф. — Возьмите, я настаиваю.

Скорлетта забрала три брикета:

— Пойду, спрячу. Будем считать, что мы их съели.

Эстебан вскочил:

— Превосходная идея! Давай, я отнесу, мне нетрудно.

— Не говори глупостей, — огрызнулась Скорлетта. — Здесь всего два шага.

Эстебан смеялся:

— Смотри, какая прямая! Ну, пошли вместе.

Озадаченный Джантифф переводил взгляд с одной на другого: