– Нет, – воскликнул Эдеард. – Гильдия оружейников…
«Длинноствольные пистолеты имелись у них давным-давно. Но тот, кто снабжал бандитов скорострельным оружием, виновен в гибели Эшвилля».
– Предъявлять обвинения еще рано, – сказал Топар. – Да и доказательств у нас еще нет.
– Вот почему мы тебя и пригласили, – продолжил Финитан. – Я знаю, что большей частью своих сил ты обязан особенным отношениям с городом, но и без того твои телепатические таланты превосходят все, что я когда-либо видел.
– Неделю назад мы получили донесение из Нордфорта, – сказал Топар. – Это деревня в горах Донсори, Эдеард, всего в четырех днях верховой езды от Маккатрана. Там были замечены скорострельные ружья. Это известно достоверно. Наверное, в прошлом месяце одна из группировок с гор Ульфсен продвинулась к востоку.
– Если бы удалось захватить кого-то из них живым, – предположил Финитан, – мы могли бы выяснить, что происходит и кто за этим стоит.
– Я собираю небольшую группу из лучших и самых надежных людей, – сказал Топар. – У нас есть ген-орлы и ген-волки и лучшие пистолеты, какие только можно найти. И все же нам не помешала бы твоя помощь, Эдеард.
– Ох, Заступница. – Эдеард поставил на стол чашку с остывшим чаем. – Когда мы отправляемся?
Уже на второй день путешествия Эдеард понял, как сильно расслабился в городе, несмотря на все, что с ним происходило. Жизнь в пути резко напомнила ему о том, к чему он привык раньше: надо было каждый вечер устраивать лагерь, самому приглядывать за ген-формами, вместо того чтобы перекладывать это на плечи слуг, собирать дрова для костра, собственноручно готовить еду и, укрывшись тонким одеялом и клеенкой, спать под мерцающим сиянием звездных туманностей. Ночами было уже довольно холодно. Потом, на третий день, опасаясь бандитов, они даже не рискнули развести костер, а к тому времени небольшой отряд уже поднялся в горы Донсори.
Но все же Эдеарду приходилось проще, чем Динлею и Максену. Эти двое были
Третью ночь после выезда из Северных ворот они провели на склоне горы Но, в нескольких часах пути по склонам в сторону от большой дороги. Движение до сих пор было довольно оживленным: по широким каменным плитам на изрезанных склонах стучали колеса повозок и телег, шли торговые караваны. Но все они передвигались в сопровождении ген-волков. Чем богаче были экипажи, тем более сильная охрана их защищала. Кроме того, днем дорогу патрулировал разъезд местной милиции. Отряд Эдеарда странствовал под видом торговой группы гильдии, что в те времена было обычным делом. Кроме него самого и Топара, с ними ехал Болотон, отставной шериф, половину своих семидесяти лет прослуживший в сельской местности. Вторым компаньоном Топара был Фресаж, огромный мужчина, чье тело, казалось, состояло исключительно из мускулов, – он тоже привык работать на местности, поскольку когда-то служил в отряде милиции в одной из южных провинций, а потом – десять лет в береговой охране. Он, в свою очередь, рекомендовал своего хорошего друга Верини, родившегося в караванной семье и в течение десяти лет странствовавшего по самым разным дорогам в поисках новых рынков. Четвертым в группе Топара был Ларби, обладавший манерами члена благородного семейства, но не меньше других привычный к путешествиям и к тому же отлично управлявшийся с оружием. Ларби не очень охотно рассказывал о своем прошлом, и Эдеард подозревал, что он занимался тем же, чем и Аргиан.