— Спи, мое сердце, теперь отдохни. Теперь все будет хорошо. Я обещаю.

Глава 20

Глава 20

Проспала я недолго, но, когда очнулась, мне не позволили предаваться самобичеванию или смущению, отнесли на руках в ванную комнату, что располагалась рядом со спальней куратора, вымыли меня с ног до головы, затем вернули на кровать. Зацеловав до просьб о пощаде, велели быстро собираться, отпустив под присмотром Цербера в мой жилой блок, и поесть там же… но одной. Церберу было велено ждать снаружи, а сопровождая, не смотреть на меня и не дышать. Вроде и пошутил, но Цер исполнил все требования с точностью. Хотя смотреть на меня все же пришлось, а то как же он мою безопасность обеспечит.

На вопросы о том куда и зачем летим, мне так никто и не ответил. Вещи забрал Цер, а едва я двинулась за ним следом, как он замотал головой, затем рыкнул.

— Чего ты рычишь на меня? Говори нормально!

Попыхтел через маску что-то недовольно, но отвечать не стал, а связался с Дамьяном.

— Мой хэйдар, прошу допуск на десять слов вашей сиане.

Ого?! У него лимит слов установлен на общение со мною? Заметила, как расслабился мой страж после ответа куратора и посмотрел на меня. Молча. Обдумывает, что такого сказать и в лимит уложиться? Помочь, что ли?

Улыбнулась, поправив шарфик на шее, который шел в один тон с темно-зеленым длинным платьем длиною до самых пят, скрывающим очертания фигуры, и подмигнула. Цер вздрогнул и прокашлялся.

— Послушайте, вы не напрягайтесь уж сильно. Просто скажите, куда мы полетим, почему не можем остаться на базе и, кстати, давно хотелось узнать у вас…

Мой словесный поток прервали поднятой вверх рукой с открытой ладонью и глубоким, низким голосом Цербер произнес:

— От меня не отходить!

А это два или четыре слова? Прикусила согнутый в косточке указательный палец, с любопытством взирая на дерадмиина, чуть вопросительно вскинув при этом брови.

— С другими кадетами не разговаривать!

«Так, уже пять слов сказал…».

— Почему это не разговаривать? О, так мы все летим?

Ну конечно, не так давно на собрании об это и говорилось, потому, должно быть, он подарил мне взгляд с упреком вместо ответа.

— Ну можно я все же спрошу? — не удержалась от провокационного взгляда, и сама себе удивилась — откуда столько игривости вдруг во мне появилось. — У вас есть сиана?

Снова молчание в ответ, и руки сложены на груди, как очередной упрек.