Немного проморгавшись, Юра осмотрелся и увидел, что он находится в просторной комнате из непрозрачного дланка. Повсюду стояли вещи из человеческого обихода: стол, широкий комод, несколько стульев, широкий диван и два кресла, в одном из которых сидел какой-то коренастый мужчина с уставшими глазами.

На вид ему было около сорока, но морщины возле голубых глаз на лице славянского типа свидетельствовали о том, что возможно ему лет и больше, чем кажется. Мужчина был облачен в просторный халат синего цвета. Закинув ногу за ногу, он с интересом наблюдал за происходящим.

Кроме мужчины и Камилы, заботливо обтиравшей тряпкой его тело от вонючей слизи, в комнате никого не было. Юры стыдливо попытался закрыть руками от Камилы свой член, который негритянка начала бесцеремонно оттирать от слизи, но руки отказывались повиноваться. Страшная слабость в теле не позволила ему оторвать руки от пола, на котором он лежал. Лишь запястья немного дернулись и обмякли.

— Ой, лежи ты. Что я, писюнов ни разу не видела. Насмотрелась я на них, так что ничем, ты, меня не удивишь, — поняла она потуги Юры и перешла с тряпкой к его ногам.

— Что с экипажем и кораблем? — спросил Икин.

— Все погибли. Остались только ты, я, Салаватик, сколопендра, Миша — старый дурень, лицекливый шестирук, Викуля, Настет и кабан этот усатый-полосатый, как там его…Падлант…Падлинт…Подлет, короче «Падла», — пояснила Камила.

— Где Вика? — смирившись со своим беспомощным состоянием, выдавил из себя Юра.

— С ней все в порядке, а с тобой пока что не совсем, — ответил приятным баритоном мужчина.

— Где она? — прохрипел Юра.

— Своим кораблем, явно добытым преступным путем у архонтов, вы повредили купол моей плантации, на восстановление которого я потратил изрядное количество дланка. К тому же прошили насквозь одну из моих тихоходок, а это убытки. Поэтому шестирукий акремонец, озабоченный казах, женщина-кошка, фраерок[52] с синей рожей, твоя девочка и моя Иса, сейчас собирают рунг.

— Что? — переспросил Юра, который из объяснений мужчины понял только то, что с его Викой всей в порядке.

— Говно, по-нашему? — пояснил мужчина.

— Что?

— Какой-то ты туповатый для супермена, — ответил мужчина.

— Кого?

— А, забыл, ты же из другого поколения. Ладно. Сейчас все начну с начала. Шоколадка, — обратился мужчина к Камиле: — принеси ему халат и налей бульона в кружку.

Юра ожидал, что Камила огрызнется в ответ на такое обращение к ней, но та расцвела в игривой улыбке и, кокетливо поигрывая целюлитными бедрами, бугрившимися под облегающим костюмом-зентай, не спеша продефилировала на выход из комнаты.