Но ведь кто-то, пусть даже один человек, находился в камере. Людей возле машины не могло быть больше чем двое.
Но теней было три.
Наклонившись к экрану, звездоплаватели напряженно всматривались.
Одна из этих теней… Они узнали высокую фигуру Белопольского. Возле него смутно шевелилось что-то… два существа, темные силуэты которых имели странные, непривычные формы.
– Что это?..
– Зажгите свет! - приказал Мельников.
– Не надо! - вдруг закричал Князев. - Это венериане!
– Да, это они! - взволнованно подтвердил Коржевский.
Новая и еще более поразительная неожиданность!
Неужели удалось найти общий язык с обитателями озера? Неужели венериане обладают развитой техникой и сумели снабдить людей кислородом для дыхания? Но как иначе могли остаться в живых оба звездоплавателя? В выходной камере, очевидно, находился Баландин. Белопольский почему-то оставался снаружи вместе с венерианами.
Из трех человек двое были живы, и хотя все искренне любили Василия Романова и с острой болью восприняли мысль о его смерти, звездоплаватели почувствовали огромное облегчение.
– Мы не ошиблись, - сказал Топорков. - Рация вездехода вышла из строя. А личных у них не было.
– Да, - со вздохом отозвался Мельников, - это ясно. И не менее ясно, что Василий Васильевич погиб. У него была личная рация.
Все указывало на печальную истину. Если бы Романов был жив, связь была бы давно восстановлена. Но он погиб, в этом невозможно было сомневаться. Напрасная и бесполезная смерть, - оба человека, из-за которых погиб Романов, были живы.
– О чем мы думаем? - оказал Игорь Дмитриевич. - Почему мы не включаем связь с камерой?
Даже об этом они все забыли…
– Но ведь Баландин и сам может вызвать центральный пульт. Почему же он этого не делает?
Топорков повернул ручку и нажал кнопку. Боковой экран вспыхнул, появилась внутренность выходной камеры.
Крик радости и испуга вырвался у всех.
В камере живой и, по-видимому, невредимый стоял Василий Романов. На его руках было неподвижное человеческое тело с бессильно повисшей головой. С ужасом они узнали в нем Баландина.