Отложив этот доклад, Куруруги принялся за следующий. Проект "Арес" всё ещё требовал его личного внимания, но зашёл достаточно далеко, чтобы его было невозможно остановить. Поток добровольцев сузился до тонкого ручейка - но в программе уже участвовало больше трех тысяч человек, которых требовалось переправить на Марс... В чем, собственно, и состояла проблема. Ресурс "Ареса" был далеко не бесконечным, а его предельная вместимость - шестьдесят пять человек. Пятьдесят рейсов с полной загрузкой, после чего система жизнеобеспечения потребует замены - и это предельный ресурс, сам Куруруги в своё время гарантировал всего пятнадцать, а Фудзите удалось удвоить гарантийный ресурс. И это было не самое худшее - Локсмит вообще не представлял, сколько циклов запуска-гашения способен выдержать его двигатель. Оставалось только надеться на столь любимый северными соседями "авось", чем бы он ни был, да на то, что второй корабль удастся собрать раньше, чем выйдет из строя первый... Впрочем, переброску колонистов можно организовать и без "Ареса" - вот вернуть что-нибудь будет проблематично... И, ксо, он больше не директор JAXA! Пора бы - за столько-то лет - перестать лезть во все космические дела лично... Но не получалось.

Вернув отчёт на стол, Куруруги снова взялся за доклад об Италии - всё-таки стоит быть повнимательнее к событиям на Апеннинском полуострове и подумать, как обернуть на пользу Японии любой исход этого конфликта... И обсудить варианты с министром обороны.

Вызвать министра Куруруги не успел - тот позвонил ему сам.

- Прошу прощения, что беспокою вас, Куруруги-сама, - начал он, - но у нас проблемы. "Армия Ириана" и примкнувшие к ней якобы разоружившиеся группировки атаковали позиции миротворцев на Новой Гвинее и Калимантане. Я взял на себя смелость направить резервные силы...

- Действуйте, как считаете нужным, только постарайтесь не втянуть нас в полноценную войну, - ответил Куруруги. - И держите меня в курсе.

Очень хотелось побиться головой о стол - такого не ожидал никто, а стоило бы... И как на это отреагирует общество - большой вопрос. Большой и очень болезненный, потому что теперь уже не обойдётся без потерь - и возможно даже, существенных. И если кто-нибудь попытается обвинить в этом лейбористов - кое-что у него может и получиться. Надо принимать меры, причём превентивные...И идти с докладом к тэнно. И пусть гонца не казнят за дурные вести, радости он не прибавит никому.

LXXVIII

Клэр с каким-то брезгливым интересом рассматривала лежащий на столе документ - подобного бреда она не видела давно...