– Пошли, – его товарищ опустил ему руку на плечо.

– Бесполезно говорить ему об этом. Виноват Гретлер, а не они.

Гретлер… и то, что мы не могли всего предвидеть. Во всяком случае с ним покончено.

Они исчезли из поля зрения Дэйна, и он остался лежать, глядя на обломки, на неподвижного робота, на камни, а в ушах у него продолжало звучать: «с ним покончено». Но что–то в нем реагировало не так. У Дэйна было такое чувство, словно его вытянули хлыстом по спине.

Итак, они считают, что с ним покончено. Все, что осталось от него, лежит тут, приманка в их ловушке, как добыча для одного из чудовищ! Если бы только он мог оглянутся… Что они сказали раньше? Мешлер в порядке, только ноги связаны танглером. Он высовывается из–под обломков, играя роль другой жертвы крушения.

Но на этот раз нет бреча, который смог бы освободить их. То, что нужно сделать, Дэйн должен сделать сам. Снова медленно, с величайшей осторожностью пытался он шевелить руками и ногами. На этот раз они слушались его легче, без той утомляющей скованности. Боль в голове уменьшилась, и мир больше не вращался перед глазами.

Он попытался, взглянув на небо, определить сколько прошло времени с момента их вылета. Но облака держались с утра и трудно было решить, сколько часов осталось до темноты. Но бандиты наверняка осветят обломки, чтобы привлечь внимание тех, кто придет на помощь. Они не оставят свою приманку в темноте. Сколько будет света?

Дэйн внимательно прислушался. Он слышал звон двух последних работающих роботов, чьи–то голоса в удалении. Слова были непонятные.

Вода – Дух Космоса! Как он хочет пить! Вначале это была безымянная потребность, но когда он подумал об этом, жажда чуть не свела его с ума.

Дэйн всегда считал себя выносливым – вольные торговцы славятся своей способностью выживать даже в трудных условиях. На Земле его учили особой технике: выживаемость не в припасах, а в особой внутренней силе человека.

Дэйн не очень хорошо усвоил эту науку и сомневался в своих способностях, но иного выхода у него не было.

Он начал действовать, как учили его инструкторы, часто приходившие в отчаяние от его бездарности. Мозг над телом.

Жажда… он хочет ПИТЬ! Он как будто лежит в воде и впитывает ее всеми порами своего тела. Вода! На мгновение он позволил себе подумать о воде, о сухости во рту, о пепельной пустоте в горле. Потом тщательно применил нужную технику – или то, что инструкторы считали нужной техникой.

Ладони Дэйна были прижаты к земле. Он украдкой оперся о них. Немного приподнялся и обнаружил, что слабость почти исчезла. Он может встать.