— Так вот, значит, госпожа, какой смертью умрут сулкары, если воины Колдера ворвутся к нам, как ворвались в Горм, — предводитель купцов подъехал поближе на своем широком жеребце.

— Мы разбили их здесь, но как быть, если легионы этих полумертвецов полезут на наши стены. В крепости немного людей, торговый сезон в разгаре, и девять десятых всех кораблей в море. На стенах нас будет негусто. Человек может рубить головы лишь до поры, потом рука слабеет. И если противник все валит, он может осилить нас просто числом. Ведь у них нет страха, и они рвутся вперед там, где мы подумаем дважды и трижды.

Ни у Кориса, ни у ведьмы на это не было готового ответа. Через несколько часов Саймона несколько успокоил вид этой торговой гавани. Душою сулкары были моряками, но и строить они тоже умели, все неровности скалы были учтены при строительстве. Со стороны суши крепость была обнесена стеной с наблюдательными башнями и множеством бойниц. Но истинную силу цитадели они узнали, лишь когда Магаис Осберик провел их внутрь. Две скалы крабьей клешней выдавались в море, отхватив от него изрядный кусок — гавань. На каждой стороне клешни громоздились стены–башенки, укрепления, соединенные с крепостью подземными ходами. Там, где это было возможно, стены спускались поближе к пенящимся валам, чтобы неоткуда было идти на приступ.

— Сулкары, — заметил Саймон, — строили свою крепость в расчете на войны.

Магнис Осберик в ответ усмехнулся:

— Мастер Трегарт, мир на дорогах нам дан лишь в Эсткарпе и в какой–то мере в Ализоне и Карстене, если не забыть вовремя позвенеть там золотом перед ушами нужных людей, но повсюду за их пределами мечи мы показываем вместе с товаром, а товар — это сердце нашего королевства. Внизу, в складах, там наша кровь — товары текут по свету, как кровь в жилах сулкаров. Ограбить крепость сулкаров — мечта каждого вельможного отпрыска и пирата!

— И хотя молва называет людей Колдера порождением демонов, добром этой земли они не пренебрегают и тоже, как и иные соседи, хотели бы запустить лапы в наши богатства. Вот почему у нас есть и последняя защита… если крепость падет, одолевший нас не разбогатеет. — Он грохнул кулачищем о камень стены. — Эта крепость построена во времена моих прадедов, уютная гавань, укрытие в бурю… и от ветра и от волн, и в непогоду войны. И сколь же оно необходимо теперь, такое укрытие.

— Три корабля в гавани, — сосчитал Корис. — Круглый грузовой и два длинных военных.

— Грузовой с зарей отправится в Карстен. Он увозит покупки герцога Карстенского, пойдет под его флагом, и экипажу не придется выйти на стены гавани, — заметил Осберик.