– Хорошо, я отдам тебе половину души, – сказал он.

– Для чего? – вскинула голову Роза. – Чтобы от меня избавиться? Спасибо, не надо.

– А прежде было надо? Почему же?

– Я.., я не знаю, – поспешно отвернулась она.

– Нет, я хочу знать, – не уступал Эхс.

– Потому что была дурой, – дрогнувшим голосом ответила Роза. – Мне показалось… – и голос вновь сорвался.

И тут Эхс что-то начал понимать.

– Ты, наверное, подумала, что мы.., что мы с тобой сможем быть вместе?

– Какая же я глупая! – воскликнула Роза. – Медяшка из гипнотыквы! Бездушная, неживая!

Разве такую можно полю.., полю.., бить, – с трудом выговорила она.

Выходит, Роза, так же, как и он, сомневается в нужности и ценности собственной жизни? Ей, как и ему, очень нелегко осознавать это. Эхс за секунду проникся ее страданиями и почти выкрикнул:

– Можно! Да тебя уже любят!

– Кто же меня любит? – очевидно, взяв себя в руки, с иронией спросила она. – Кто этот храбрец?

– Знаешь, я кажется очень перед тобой виноват, – вместо ответа сказал Эхс. – Я очень хочу извиниться.

Она внимательно посмотрела на него, и он заметил, что крупная слеза течет по ее медной щеке.

– То есть, ты хочешь сказать, что…

– Произошла ошибка, ужасная. Мне показалось, что тебе нужна только моя душа, а я совсем безразличен. Было страшно обидно.

– Эхс, я…

– Возьми половину моей души, – не дал ей договорить Эхс. – И делай с ней что хочешь.

– Прости, Эхс, что я причинила тебе столько волнений, – в свою очередь попросила прощения Роза. – Я не хочу, чтобы ты сомневался.