– Видишь?

– Книгу»? – голос менады звучал скептически. – Зачем мне…

– Читай!

– «…сумма процентных начислений на основные фонды эмитента с учетом добавленной стоимости увеличивается при применении понижающего коэффициента при условии введения в действие льготных тарифов, предусмотренных схемой регионального лицензирования кредитных ставок…». Полнейшая абракадабра! – воскликнула, не дочитав, менада.

– Вот именно, – подтвердил Грей. – Толстенный том самой несусветной белиберды. В этой бредятине никто и никогда не разберется. Бери, и тебя никогда не покинет вдохновение!

– Спасибо тебе, волшебник! – вскричала она, прижимая «Общие рекомендации…» к высокой груди. – А какую службу я должна…

Грей хотел было сказать, что отпускает ее и так, но спохватился. Посетители так и прут, испытаний на всех не напасешься, так что Дикая женщина может оказаться весьма кстати. Гоблин-то пригодился, да и влюбленная поселяночка тоже. Проведя день в роли Доброго Волшебника, он стал находить введенную последним систему продуманной и вполне себя оправдывающей.

– Там видно будет, – ворчливо перебил он менаду. – Останешься пока здесь, Скелли отведет тебе комнату. Понадобишься – я тебя вызову.

***

Большую часть недели Грей с Айви приводили замок в порядок и отвечали на бесчисленные вопросы. Но увы, Добрый Волшебник не объявился, и зародившаяся было надежда угасла.

Дольф уже готовился отнести Грея и Айви на границу.

Косто и Скелли обещали (с помощью получивших Ответы и еще не отработавших их просителей) упаковать, закрыть, зачехлить и запереть все, что можно, поставив замок на консервацию до лучших времен. Краткий период временного исполнения Греем обязанностей Доброго Волшебника подходил к концу.

Айви твердо решила отправиться с ним. Со слезами на глазах она простилась с замком Хамфри и собиралась пролить еще больше слез в замке Ругна, остановка в котором предусматривалась па пути к перешейку.

Грей был несказанно благодарен ей за столь самоотверженный выбор, но о своем, столь же твердом решении, он собирался объявить в замке Ругна, в присутствии короля и королевы. Они – в этом у юноши сомнений не было – его поймут. Айви, скорее всего, пет. Может быть, даже возненавидит, но, знать, такая уж его судьба. У него нет никакого права делать ее навеки несчастной.

– Пора, – сказал он, сглотнув комок в горле. – Хотел бы я остаться в замке: жизнь здесь, конечно, суматошная, покоя не дождешься, но мне правится приносить пользу. Но мое время прошло…

Айви крепко сжала его руку. Глаза девушки были полны слез, а ведь она еще не знала, что ожидало ее в ближайшем будущем.