Вдруг взгляд Аймбри скользнул в сторону и на мгновенье там остановился. Кобылка быстро поскакала исследовать, что это там могло быть такое. Это «что-то» оказалось запечатанным сосудом, содержавшим нечто желтоватое – то ли пар, то ли жидкость. Ага, решила кобылка, так это же еще одно заклинание из коллекции Хамфри, занесенное сюда бушующими водами. Бутылочка не разбилась. Что можно было бы сейчас сделать с этим заклинанием? Оставлять здесь сосудик Аймбри не хотела, но нести его в зубах тоже было не слишком удобно. Не только неудобно, но еще и опасно, поскольку во время возможной скачки Аймбри рисковала случайно разгрызть бутылку. Но, с другой стороны, кто знает, какие опасности могли встретиться ей на пути, поэтому лишнее заклятье не помешает. Подобрав наконец сосуд, ночная кобылка осторожно сжала губами его узкое горлышко.

Цепочка следов казалась бесконечной. Было хорошо видно, что на протяжении нескольких часов они шли вместе – два предводителя враждующих отрядов. Аймбри теперь была уверена, что Хасбинбад пытался удрать на север, поняв, что с таким противником, как Бинк, ему трудно будет совладать. Карфагенянин собирался, скорее всего, добраться до второй части своего отряда, которым в тот момент формально командовал все тот же Всадник. Взяв командование в свои руки, он мог повести этот отдохнувший, и потому опасный отряд прямо на штурм замка. Первая часть своевременно разделенного отряда разгромила противостоявшие ей силы, вторая была предназначена для того, чтобы завершить завоевание волшебного королевства.

Вдруг до Аймбри донеслось какое-то подозрительное шипение. Летучая змея нацеливалась на кобылку, посчитав, очевидно, что это четвероногое существо задумало вторгнуться на ее территорию. Эта змея была одним из тех волшебных созданий, которые населяли только Ксант и нигде больше не встречались. Хоть змея и называлась летучей, но крыльев у нее не было, а передвигалась она, как бы обвивая и перескакивая с одной невидимой простому глазу воздушной колонны на другую. Эта змея была особенно большая – почти вдвое длиннее Аймбри. Всякий раз, когда она поворачивалась клыками к солнцу, ядовитая слюна как-то особенно зловеще блестела в его лучах. Очевидно, змея была потревожена проходящими тут Бинком и Хасбинбадом. К тому же змея, как существо волшебное, все равно ничего не смогла бы причинить тем созданиям, которые не имели отношения к волшебству. Сам Бинк мог сколько угодно путешествовать по Ксанту, невзирая на опасности, которые представлялись ему в виде разных чудес – нужно было заботиться только о том, чтобы ему не угрожало ничего немагического. Может быть, по иронии судьбы, близкое соседство с Бинком спасло жизнь и карфагенянину, как случилось тогда, когда Аймбри стояла вплотную к королю, который одно за другим выпускал из бутылочек волшебные заклятья Хамфри. Но теперь не повезло ночной кобылке, поскольку змея сейчас была особенно зла, да в довершение всего Аймбри, как известно, была уязвима ко всему. А убежать с территории этой змеи было сейчас никак невозможно – ведь в другой раз Аймбри уже ни за что не сможет унюхать этого следа!