– Предлагаю полюбовную сделку, – сказал Хамфри. – Если я сейчас отвечаю на Вопрос, то нам обоим предстоит утомительное ожидание, пока не выяснится правильно ли я ответил. Но мы могли бы просто пренебречь как Вопросом, так и Ответом.

– Ты сильно поумнел, – заметил Джот.

– В человеческих пределах, конечно, – уточнила Титтл.

В самом деле? Лакуна, например, этого пока не замечала. Впрочем, она никогда особенно не разбиралась ни в Волшебниках, ни в Демонах.

– Каждый первый месяц я согласен проводить в Пекле, – сказал Хамфри. – Но каждый второй месяц Роза будет проводить в Ксанте. Равновесие таким образом сохраняется, и никто никому не должен.

– Тебя нельзя пускать в Пекло, – сказал Джот.

– Ты там всем голову заморочишь, – сказала Титтл.

– Но кто еще согласится по своей воле пойти в Пекло? – спросил Хамфри. – Один только я.

– Не только.

– Да, есть еще кое-кто.

– И кто же это?

– Горгона, – сказал Джот.

– Твоя другая жена, – уточнила Титтл.

– Да я никогда не осмелюсь даже попросить ее об этом! – вскричал Хамфри.

– А я осмелюсь, – сказал Джот.

– И еще как! – добавила Титтл.

Оба вскинули четыре розовые ручонки – и в приемной возникла Горгона, вся в черном и при вуали.

– Хамфри! – воскликнула она. – Ты уже покончил со своим делом?

– Я заключил с Демоном X(A/N)th'ом сделку, – сказал он, – чтобы облегчить участь Розы. Суть моего предложения в том, что я буду проводить в Пекле такое же время, какое Роза будет проводить в Ксанте. Но...

Завуалированные глаза Горгоны сузились.