— Точно, обыкновенская. Старая обыкновенская собака, и в Обыкновении она больше года не протянет. В Ксанфе магия может продлить ей жизнь. Мне не хочется с ней расставаться, но не могу же я обречь животное на смерть из-за собственного эгоизма.

— Сбереги второй пузырек, — посоветовала Дженни, — а когда не сможешь больше держать ее в Обыкновении, отошли в Ксанф, к кому-нибудь из тех, кто ей по душе. К Анафе Ма, например, или к Вире.

Что-то стукнуло о костяной пол. Ким опустила глаза и увидела тяжелый камень, свалившийся с ее души.

— Надеюсь, ты не таишь на меня зла, — сказала Нада Дагу. — Мне больше нравилось быть твоей верной спутницей, как в прошлый раз. Если примешь мои извинения…

— Ну разве что в той манере, какая принята в тыкве… — усмехнулся он.

— Так ведь мы как раз в тыкве и находимся, — отозвалась она и припала к его губам.

Ким, которую это зрелище ничуть не обрадовало, поспешила отвернуться и заняться собственными делами. Открыв склянку и достав колечко, она стала выдувать через него пузырь и выдувала до тех пор, пока он не смог вместить и ее, и собаку. Потом они вошли внутрь.

— Домой! — скомандовала девушка, и пузырь поднялся в воздух.

Он пролетел прямо сквозь костяную стену, и Ким, оглянувшись, успела лишь заметить махавшую ей вслед рукой Дженни. Затем замок пропал из виду, и в следующий миг она увидела со стороны комнату в замке Доброго Волшебника, где она сама, Греза и Нада лежали уставясь в тыквенные глазки. Пузырь завис сверху, тела девушки и собаки втянулись в него, и он продолжил движение, оставив внизу одну лишь Наду.

Некоторое время Ким любовалась панорамой расстилавшегося внизу Ксанфа. Потом земля скрылась за пеленой облаков. Все вокруг затуманилось, и пузырь сильно встряхнуло. Девушка закрыла глаза, а, открыв, обнаружила себя сидящей дома перед потухшим монитором компьютера.

Игра закончилась. Ее ждало возвращение к унылой обыкновенской жизни с хождением в школу и дурацкой зубрежкой. И даже поделиться пережитым не с кем: попробуй она рассказать о случившемся, ее просто не поймут. Ну игра и игра, чего тут переживать. Тем, кто не верит в Ксанф, не дано уразуметь, что там даже в игре возможны настоящие чувства, может быть, такие, о каких в Обыкновении только читают в книжках.

Что-то ткнулось в ее руку. Она опустила глаза и с изумлением увидела Грезу.

— Ой, Грезушка! — воскликнула девушка, обнимая собаку. — Надо же, я, кажется, получила то, чего больше всего желала. Ты со мной! Как они устроили это чудо, мне непонятно, но главное, что оно произошло!

Ким слегка покривила душой: кое-чего она желала еще больше. Но что толку сокрушаться в Обыкновении о том, что не сбылось даже в стране чудес?