– Опять ты предлагаешь мне искушение личной привязанности! – сказал Бинк. – Я не могу позволить ничему личному влиять на меня!

Теперь ему было ясно, что он еще далеко не выиграл битву против Мозгового Коралла. Да, физически он возобладал, но интеллектуально – весь в сомнениях. Где ему взять полную и ясную уверенность, что то или иное его решение окажется исключительно независимым и беспристрастным?

И тут его снова озарило!

– Веди спор за другую сторону, Волшебник! Докажи мне, почему я должен освободить Демона?

– Ты не должен освобождать его! – испуганно возразил Волшебник.

– Так считаешь не ты! Так считает Коралл. Мне неизвестно, действительно ли это – твое мнение, или только воля твоего хозяина. Поэтому теперь ты станешь приводить доводы за противоположную сторону, а я буду доказывать, что Демона следует оставить в заключении! Возможно, так обнаружится истина.

– Да ты и сам стал вроде демона, – пробормотал Хамфри.

– Итак, я утверждаю, что мои друзья важнее безличного Демона, – провозгласил Бинк. – Не знаю, что правильно для X(A/N)th'а, но уверен, что моя друзья заслуживают лучшей участи. Как я смогу оправдать совершенное по отношению к ним предательство, если освобожу Демона?

Вид у Хамфри был такой, словно он проглотил Дурной Глаз, но все же он заставил себя подыграть Бинку, и получилось это довольно натурально.

– Речь идет не о предательстве, Бинк! Ни одно из существ Ксанта (и твои друзья в том числе) никогда бы не узнало магии, если бы не присутствие Демона. Теперь срок его заключения кончился, и он должен быть освобожден. Поступить иначе – значит извратить твою роль в игре Демона.

– У меня нет обязательств перед Демоном и всеми ими в их игре! – возразил Бинк, входя в роль. – Я оказался здесь по чистой случайности!

– Но это и есть твоя роль! Она заключается в том, что ты – разумное существо, на которое не оказала воздействия воля Демона – он не подстроил все так, чтобы ты пришел сюда по чистой случайности или по собственной инициативе с целью освободить его. Ты сражался против нас всех, чтобы достичь этого решающего момента, и – победил. Неужели теперь ты готов от всего отказаться?

– Да, если так будет правильнее всего.

– Но как ты осмеливаешься предполагать и рассчитывать, что правильнее всего для такого существа, как X(A/N)th?.. Освободи его – пусть он сам устраивает дальше свою судьбу!

– За счет моих друзей, моей земли и моей любви?!

– Справедливость – абсолютна. Ты не можешь противопоставить ей личные факторы.

– Справедливость не абсолютна! Она всецело зависит от различных обстоятельств. Когда обе стороны кладут на чаши весов и правоту, и неправоту, то предвзятость...