Геллахерна была вне себя от ярости. Кружась на карусели в предвкушении скорой победы, она вдруг увидела, как ее войска медленно отходят от замка. Штурмовать далее не имело смысла. Перед воротами бушевал огонь, и колдунья поняла, какую она допустила промашку, приказав воинам заваливать провал деревьями. Надо было сразу камнями заваливать. Ведь была же у колдуньи такая мысль поначалу, но она решила, что это займет гораздо больше времени. Камни надо было таскать с берега реки, а это далеко. Лес же рядом. А колдунья спешила и в очередной раз убедилась, что спешка нужна только в соревнованиях по бегу.

– Ангельское отребье! – выругалась она и зло сплюнула. Слюна зашипела и выжгла на земле траву. – Останови войска! – приказала колдунья Бэрлоку. – И пусть всю ночь таскают камни с реки.

– Но можно разобрать покрытие площади, – возразил Бэрлок.

– Камней с площади может не хватить! Пусть работают! Скоты! Не могли замок взять!

– Но это же ваш замок, ваша неприступность. Он самый неприступный в мире, – заметил Бэрлок.

– Мое же против меня и обернулось, – злобно пробормотала колдунья, слезла с карусели и пошла к лесу заваривать новую порцию Дурьма для завтрашнего штурма своей обители.

На следующий день рано утром Геллахерна вновь напоила своих воинов Дурьмом и лично повела армию на штурм. Но Коля был во всеоружии. Мало того что он бросал в нападавших камни, так еще изредка и бутылки с горящим самогоном запускал в сторону противника. Самогон взрывался огненными шарами, превращая темных воинов в живые факелы. Но это не останавливало нападавших. Они упорно подтаскивали камни и заваливали провал.

Коля видел в рядах врагов колдунью. Она размахивала руками и что-то хрипло вопила. Коля пытался добросить до нее камнем, целясь непременно в голову, но всякий раз, обладая утонченным чувством опасности, Геллахерна уходила от атаки. Даже Петрысь на этот раз не мог попасть в нее из своей рогатки и разочарованно подвывал при каждом неудачном выстреле. Так прошел день. А к вечеру кончился самогон. Коля протянул руку за очередной бутылкой, и его ладонь встретила пустоту.

– А где? – спросил он.

– А нету вот, – развел руками Петрысь.

– Как нету?

– Вот так вот нету. Не готово там еще, – ответил Петрысь.

– Где это там?

– Там, где делают вот там, – пояснил Петрысь.

– А где делают? – удивленно спросил Коля.

– Там делают это. – Петрысь неопределенно махнул рукой в сторону.

Коля не стал более выяснять, где гонят самогон для скатерти-самобранки. Он понял, что это бесполезно, и стал снова швырять камни. Коля швырял их без устали, ведь он был очень хорошо подготовлен физически. Иной бы на его месте уже давно выдохся. Но Коля не зря тренировался. И вообще, это занятие у него заменяло тренировку. Уже стемнело, но враг не угомонился. Провал снова начал заполняться. А Коля швырял камни, изредка стирая со лба пот рукавом, и, не прекращая отражать атаки, иногда заглатывал бутерброд с колбасой или же кусок хорошего мяса для поддержания энергетического баланса организма.