– Семя Желания! – догадалась ведьмочка.

– Совершенно правильно, – сияя от важности, согласился Валенкир. – Такое имелось только у Арзеля.

– Еще у Гевинара, Хаара-Марга, Иолидиолоера, Истра-лим-Шума, Аборомса… – перечисляла Ларса, но магистр ее остановил взмахом руки.

– Не знаю, не знаю. Наверное, у них были подделки, – сказал он. – А это настоящее Семя. Выражаешь Верховным свое желание, и оно, скорее всего, исполняется. Но только один раз.

– Опаньки! – оживился Семин. – Так тогда все проще простого: мы попросим, чтобы немедленно освободили Каспера Скальпа, а всех незаконников схватили и предали суду!

– Нет, молодой человек. Не говорите чушь, – от очевидной глупости хлуйца благородный лик Валенкира исказила гримаса. – Такие желания не исполнимы в принципе. Если бы все можно было устроить простым выражением воли, чего бы парился я бы здесь с вами? Посредством Семя Желания Верховные могут подбросить какой-нибудь необходимый предмет.

– Помочь материально, – оскалился капитан Лыков. – Взятку насунуть. Статья 290, меж прочим, Уголовного Кодекса.

– Да, помочь материально, – согласился магистр. – Дать какое-нибудь разрешенное знание или на некоторое время наделить силами, как душевными, так и физическими.

– Иначе говоря, ваши Верховные даже в столь деликатных вопросах делают свои дела чужими руками, – с насмешкой отозвался Володя. – Ясно нам все. Счастливо оставаться, – он круто развернулся и зашагал к двери.

Семин пошел за ним. Только Вей-Раста задержалась на минутку, чтобы попрощаться с магистром.

Часть пятая Спасти рыцаря Скальпа

Часть пятая

Спасти рыцаря Скальпа

1

1

Если верить глазам, то в Пятигорске была ночь. Артем, высунувшись из портала, узрел звезды, яркую луну за осколком стекла и желтые квадратики окон соседней пятиэтажки.

– Чего ты там, гражданин Семин? Пролезай скорее, – поторопил его Владимир Владимир ович.

– Темно как у негра в духовке, – Артем неуверенно шагнул вперед и, споткнувшись об кастрюлю, чуть не расшиб лоб.

Пошарив ладонью по стене, Страж, наконец, нашел включатель, сердито щелкнул им – вспыхнул светильник над мойкой. На кухне (и, как выяснилось позже, во всей квартире) господствовал беспощадный хаос, словно через жилище Артема Степановича прошли орды злобных монголов. Эти дикие монголы зачем-то сорвали занавески, выгребли из шкафа и тумбочек посуду и всевозможный хлам. Даже несколько грязных тарелок в раздробленном состоянии были перемещены на пол. Вдобавок какая-то особо наглая свинья с неизвестной фамилией отломала ручку от кастрюли «Лакор». Зеленовато-бурое зелье из мышиных крылышек блестело под столом отвратительной лужицей.