— Предлагаю еще одно условие нашей сделки, — вклинился архангел, — Вы добровольно скажете, кто вы такие, а мы, в свою очередь, не сообщим отцу Алладии о том, что мы нашли ее.

— Я фея, он бобер, она блондинка, — хмыкнула я, махнув рукой сначала в сторону Хени, потом Лили, — Еще вопросы будут?

Пока Лили подло хихикала, спрятав лицо на плече у Хени, принцы явно пытались придти в себя. Ну да, после такого-то заявления… на это у них уйдет минут пять, не меньше. Я вот понять не могу: они действительно такие тупые, или же прикидываются, проверяя нас? Ведь последнему пню в моем лесу понятно, что если папик Лили узнает, что достопочтенные женишки ее нашли, то посты со всех границ снимут, и мы беспрепятственно дойдем до места назначения. А про то, что мы с Хени не выдадим свое происхождение, это вообще даже не обсуждается.

— Будут, — темный пришел в себя быстрее, чем его ушибленный на голову пернатый друг и, поднявшись с дивана, хищной походкой приблизился ко мне, — Ты не могла бы одеваться поскромнее?

— Тебя это смущает? — вопросительно изогнув бровь, я приблизилась к темному вплотную, задев своей грудью его. Затем медленно подняла голову и с соблазнительной улыбкой посмотрела ему в глаза.

— Я ведь могу и не сдержаться, — с такой же чарующей улыбкой ответил Кэйрисар и, резко развернувшись, отошел на пару шагов. Затем остановился и бросил через плечо, — Выступаем завтра утром.

Откровенно усмехнувшись, я покинула гостиную, не дожидаясь Лили и Хени. И только там, как следует приложившись лбом о стену, крепко выругалась на древнем, как мир, эльфийском языке. На кой ляд я этого нетопыря недоделанного дразню, кто мне скажет?!

— Что она сейчас сказала? — округлили глаза Лили, недоуменно уставившись на Хени. Тот только головой покачал, элегантно пристраивая свою аристократическую задницу в кресле:

— Лили, поверь, лучше тебе этого не знать. Некоторые слова даже я перевести не смог, а ведь я был лучшим…

— Кудряшка, заткнись, — резко выдохнула я, — Нет, эти двое определенно выводят меня из себя!

— Я их, конечно, тоже не люблю, — хихикнула блондинка, взбираясь с ногами на подоконник, — Но твоя «любовь» к ним так вообще не имеет границ! Не завидую я им. Так, ладно, что у нас на повестке дня?

— Не знаю, как вы, друзья, приятели, но я хочу жрать, — на этот раз мой желудок оказался куда сообразительней собственных мозгов, хотя я иногда вообще начинаю сомневаться в их наличии, — Я на кухню.

— Я помогу, — попытался встать артефакт, но я с милой улыбочкой канибалла, который не жрал дней сто пятьдесят, его остановила: